Книга Снежный ком любви, страница 81 – Наталия Доманчук

Снежана только волком посмотрела на нее, но Лера не смутилась и продолжила:

— И не смей мне говорить, что я не мама и не знаю, что такое иметь дочь. Саша и моя дочь. А я ее крестная мать. И люблю я ее не меньше.

— Нет, меня ты любишь больше, – улыбнулась Снежана.

— Обеих люблю одинаково. Поэтому и прошу тебя подумать. Вадик – хороший мужик. Слишком красивый, конечно, но внешность не выбирают – так же, как и родителей и родину. Ой, что-то меня не туда занесло, ну ты меня поняла, да?

— Да. Еду на работу.

— И самое главное, ответь мне: куда ты посылаешь Альберта, если он вдруг объявится?

Снежана пожала плечами и предположила:

— В жопу?

Валерия расширила глаза:

— Господи, кто тебя воспитывал? Но место для него ты выбрала хорошее!

Она допила чай и поставила чашку в посудомоечную машину.

— Да, тебя я люблю больше! – тихо сказала Лера и чмокнула подругу в нос.

2002 год

Костик потрясенно смотрел в стеклянные глаза девушки и никак не мог поверить, что она мертва.

— Эй, красавица, ты чего? – проговорил он, еле ворочая языком. – Ксюнь, вставай!!!

Он стал ее бить по щекам, приподнял за плечи и потряс. Потом вспомнил, что можно сделать искусственное дыхание, и неумело принялся за него. Но девушка не подавала никаких признаков жизни.

Он вскочил, огляделся, похлопал руками по карманам, вытащил телефон и трясущимися руками набрал отца.

— Пап, – дрожащим голосом произнес он, когда Владимир Сергеевич поднял трубку, – я убил человека…

Из глаз полились слезы, его стало трясти, он опустился на кровать рядом с девушкой, слушал, о чем его спрашивает отец, и отвечал:

— У Вадима в общаге… Это девушка… Я ее… у нас был секс, и она задохнулась… умерла… Вадима нет. Адрес?

Он продиктовал отцу улицу и номер общежития и сам сделал так, как он сказал, – тихо сидел в комнате и ждал его.

Владимир Сергеевич приехал не один, а с лучшим другом Марком. Они вызвали милицию, чуть позже приехал еще один их хороший знакомый полковник ФСБ – Леонид. Они долго говорили, что-то решали, Ксюшу увезли в морг, а они все вместе с Костиком поехали в отделение милиции. Вадима пока отправили в дом Владимира Сергеевича, а комнату опечатали.

У Виктории Игоревны, когда она узнала, что ее сына обвиняют в убийстве, случилась истерика. Домработница позвонила Владимиру Сергеевичу и доложила, что состояние у «хозяйки» ужасное. Она плачет, кричит, бьет посуду. Владимир Сергеевич вызвал ей знакомого врача, но она его прогнала и стала дожидаться прихода мужа.

— Если Костика посадят, я умру в тот же день, понял? И ты за день потеряешь всю семью. И с таким грузом будешь жить всю свою жизнь, понял?

— Вика, он убил девушку. Задушил. Я не могу ее воскресить, я не Господь Бог!

— Но ты можешь придумать что-то, чтобы его не посадили.

— Я могу нанять хороших адвокатов, доказать, что это было непреднамеренное убийство или убийство по неосторожности, но сам факт убийства скрыть нельзя!

— Тогда сделай так, чтобы виноватым оказался не он, – тихо и с неожиданной твердостью спокойно произнесла Виктория.

— А кто? Он был с ней один, – развел руками Владимир.

— Да. В комнате Вадима.

Владимир все еще не понимал жену:

— И что?

— А то! – Она крикнула и громко разрыдалась. – А то, что это он мог убить ее.