Книга Горелое озеро, страница 33 – Евгения Андреевна Федотова

Кроме Сережи в квартире никто не спал. В комнате Марины все еще горел свет. Несколько раз хлопала дверь ванной. Алина с горечью подумала, что Эдуард специально не ложится, чтобы ее дождаться. Мысль о решающем разговоре с мужем до сих пор пугала Алину. Она множество раз представляла себе возможные диалоги, но все равно идеального результата не получалось. Наверное, потому что она сама не понимала, каким именно должен быть этот результат. Одним взмахом перечеркнуть устоявшуюся и налаженную жизнь было сложно, а шагнуть очертя голову в абсолютно неопределенное, хотя и манящее будущее – страшно.

Около двух часов ночи Алина на цыпочках прошла в спальню и осторожно, стараясь не разбудить мужа, легла в кровать. Она уже почти заснула, когда неожиданно включился ночник. Эдуард не спал.

— Алина, – сказал он неестественно ровным голосом, – этому пора положить конец. Я так больше не могу.

Алина села на кровати и закрыла лицо руками. Слов не находилось. И она просто утвердительно закивала.

— У тебя кто-то есть? – еще более неестественным голосом спросил Эдуард.

Алина вновь кивнула, не отрывая рук от лица. Эдуард громко и сдавленно сглотнул и вышел из спальни. Через несколько минут она услышала глухой хлопок закрывающейся двери.

Алина, не двигаясь, сидела на кровати. В комнате стало светлеть. Совсем скоро полупрозрачная утренняя дымка растаяла, и в окно врезался первый луч солнца. Алина все еще не спала.

— Сережкин, а ты знаешь, какой сегодня день? – спросил Эдуард, закапывая в теплый песок довольно улыбающегося сына.

— Хороший! Даже очень хороший, потому что можно купаться! – ответил Сережа, обнажая щербину от выпавшего молочного зуба.

— Это да. Сегодня очень теплая погода для первого дня осени. Но я другое имел в виду. Сегодня же первое сентября. И для тебя со следующего года этот день надолго перестанет быть обычным. Начнется школа.

— Ну и чего? – поднял брови Сережа. – Маринка всю жизнь в школу ходит. И я пойду. Там спать не надо, как в детском саду. Быстрее бы уже пойти, что ли…

Отец усмехнулся. Он думал о том, что в жизни все повторяется. Много дет назад он тоже верил, что самая страшная вещь на свете – это детсадовский тихий час. Потом так же говорила Марина, которая теперь искренне завидует Сережке, которому не надо готовиться к бесконечным тестам и пугающим ОГЭ и ЕГЭ. Но только на собственном опыте сын поймет, что с каждым годом дел и обязанностей у него будет все больше, а свободного времени все меньше.

— Ладно, лежебока, пойдем, еще искупаемся в речке и будем собираться. Думаю, что на этом мы и закроем сезон. На следующих выходных уже дожди обещают.

Эдуард с детьми и бывшей женой недавно вернулся из отпуска в Испании. Марина большую часть отдыха проводила с книжкой на пляже, а Сережка, наоборот, почти не вылезал из воды. После того как отец научил его плавать, мальчик был готов сидеть в море до посиневших губ и мурашек. Поэтому, пользуясь хорошей погодой и небольшим перерывом в работе, Эдуард решил немного продлить сыну лето и возил его на речку все последние дни стремительно тающего августа.

Приятель Володя, которого Эдуард несколько месяцев назад вытаскивал из кювета, показал очень хорошее и немноголюдное место, где любили купаться местные жители. Пляжи были совсем маленькими и отделенными друг от друга кустарниками нависающего над водой ивняка. Речка в этом месте оказалась неглубокой, но очень чистой, с быстрым журчащим течением. За ней начинались колхозные поля, а за ними – сосновый пролесок.