Книга Фургончик с мороженым доставляет мечту, страница 92 – Анна Фурман

— Потому что он был прав.

Ее дыхание участилось.

— Вы подарили мне надежду, фру.

— И обидела вас…

— Нет, вовсе нет. Война давно кончилась. И я понял это благодаря вам.

Дракула, наблюдавший за разговором из глубины фургона, – теперь он устроил лежанку на чемодане Сольвейг, – незаметно подобрался ближе и принялся тереться о ноги. В небе наконец вспыхнул просвет: солнце прорезало мешковину туч и явилось во всей красе, предвещая теплый прованский вечер.

— Знаете, фру, для таких историй больше подходят звездные ночи.

— Уверена, у нас еще будут такие, – она улыбнулась, точно само воплощенное лето.

— Истории или ночи?

— Ночи для историй и истории для ночей.

— Что ж… Это меня устраивает.

* * *

Безье почти не изменился, если не считать электричества и машин на мощеных улочках. Город хранил дух старой Франции, как хранят драгоценную брошь в шкатулке, изредка доставая, чтобы смахнуть пыль, очистить от ржавчины и с гордостью украсить ею лучший наряд. Сольвейг надеялась вновь прогуляться по величественному мосту через реку, которая делила Безье пополам: именно на ее берегу, в старой части города, путешественники условились встретиться с Аннет.

Теперь, когда в их маленьком доме на колесах – Сольвейг поймала себя на мысли, что действительно считает фургон домом, – воцарился мир, она с нетерпением ждала встречи с подругой и человеком, спасти которого ей следовало очень давно. Кольцо с изумрудом, завернутое в тряпицу, лежало на дне чемодана: мечта звездочета – самая чистая и светлая из всех, что Сольвейг доводилось держать в руках.

Постоялый двор, а ныне гостиница с прекрасным видом на реку Орб, к радости Сольвейг, был там же, где и прежде. Стены его, подточенные временем и водой, нависали над грудой серых одноэтажных домиков, которые, точно диковинные грибы, росли вдоль пляжа. Внутри, как и много лет назад, царил застоявшийся запах сырости, и потому желающих провести здесь ночь было не слишком много. И все же эти места оставались дороги сердцу Сольвейг.

Предаться воспоминаниям не удалось – Аннет обрушилась на нее как ураган, едва не снеся с ног.

— Так быстро? Как ты успела? – удивилась Сольвейг, выбравшись из удушающих объятий.

— На самолете, дорогая, как же еще! – Аннет сияла беспечной улыбкой. Путешествие действительно пошло ей на пользу. Или дело было в мечте?

За спиной Аннет маячил другой призрак прошлого. Тодор выглядел посвежевшим: причесанным, одетым в новый, выглаженный костюм.

— Прости, что набросился на тебя тогда, – и все же голос был слаб. – Ты привезла ее? Неужели это правда?..

Сольвейг кивнула.

— Идемте наверх, – она оглянулась на скучающего за стойкой портье. – Нам не нужны лишние глаза и уши.

От внимания Сольвейг не укрылось, как Аннет взяла Тодора под руку, поднимаясь по лестнице. Даниэль подхватил поклажу. Дракула побежал впереди, то и дело оглядываясь на процессию.

В номере было душно, и Сольвейг распахнула окно, чтобы впустить немного свежего воздуха. Несколько секунд она любовалась видом: каменный мост – потомок Средневековья, неспешно гуляющие по нему туристы, цветные дома по ту сторону реки. Когда все расселись, – Даниэль по обыкновению устроился на краю кровати, Дракула взобрался ему на колени, Аннет, обмахиваясь шляпкой, заняла кресло, – Сольвейг достала из чемодана тряпицу. Тодор, который в нетерпении остался стоять посреди комнаты, вздрогнул.