Книга Черная карусель братьев Человековых, страница 63 – Лев Брусилов

Узнав про это, полковник Трауэршван буквально торжествовал. При каждом удобном случае он повторял: «Какие, к черту, золотые зубы? Полицмейстера убили по мотивам политическим, и сделали это революционеры, социалисты, бомбисты…»

Конечно, Александр Генрихович лукавил, ведь настоящие преступники – и это истина – уже пойманы, сидят у него в подвале. Но благодаря чему, вернее кому, это произошло? Без ложной скромности, без расшаркивания и прочих книксенов, это произошло благодаря скромному жандармскому полковнику Трауэршвану, благодаря его уму, наблюдательности, умению логически мыслить, сопоставлять и делать правильные выводы.

За отсутствие, по его мнению, этих качеств себя ругал губернатор. Ему бы чуток, буквально самую малость, подождать, повременить, как это называется у охотников, выждать подходящий для выстрела момент, а он не сдержался. И самое ведь паршивое, что Петр Михайлович хорошо знал, кто такой Сверчков, понимал, что судебный следователь в своем служебном рвении может и ошибаться, идти не той дорогой, такое уже было. Но его превосходительство, вопреки здравому смыслу, поверил словам Анисима Федоровича.

Движимый исключительно эмоциями – гневом, злостью и другими похожими чувствами, – он сначала хотел вызвать к себе следователя, потребовать объяснений, наговорить разных соответствующих моменту слов… Но потом, подумав, все взвесив, понял, что это ни к чему не приведет, будет только пустая трата времени и нервов.

Но что-то, все одно, нужно было делать, чтобы исправить непростую ситуацию. «Может быть, – думал губернатор, – пока не сообщать наверх?» Но это был такой себе выход, ведь он не сообщит, найдутся люди, которые сообщат. А если эта новость дойдет до столицы окольными путями, это не прибавит его превосходительству в глазах начальства уважения.

Что же делать в таком случае?

И тут Петр Михайлович вспомнил, что у него на этот случай есть палочка-выручалочка, да нет, волшебная палочка! И имя ей – барон фон Шпинне. Вот он и выслушает, и даст совет, и, если возникнет такая надобность, составит блестящий план, как не испачкавшись выбраться из трясины.

Губернатор иногда задумывался о начальнике сыскной полиции, они были знакомы вот уже несколько лет, но до сих пор его превосходительство не мог разгадать этого человека. Всегда улыбчивый, благожелательный, губернатор никогда не слышал в адрес кого бы то ни было ни одного грубого слова от Фомы Фомича. Полный учтивости, но колкий, по-змеиному завораживающий взгляд зеленых глаз полковника никак не хотел сочетаться с белоснежной улыбкой и хорошими манерами. Боевой генерал, который не один раз смотрел смерти в глаза, признавался себе, что робеет в присутствии фон Шпинне. Губернатор ничуть бы не удивился, если бы однажды выяснилось, что начальник сыскной полиции обладает какими-то сверхъестественными способностями.

Фон Шпинне был загадочен, многолик и, несмотря на свой тяжелый взгляд, умел располагать к себе людей. Конечно же, начальник сыскной ему поможет.

У начальника сыскной полиции не было ни малейших сомнений в том, что голову полицмейстера именно подбросили. Пока весь губернский город беспрестанно обсуждал это событие, строил версии и распространял слухи, фон Шпинне озадачивал себя одним вопросом: что послужило причиной появления головы? Вначале преступники уносят голову с собой. Зачем? На этот вопрос попытался ответить следователь Сверчков и решил, что это было сделано из-за золотых зубов. Предположение, если честно, так себе, но многие в это поверили, например губернатор. Сам начальник сыскной не говорил этой версии твердое «да», но и не исключал такой вероятности. Жадность и алчность порой заставляли, даже заставляют и будут заставлять людей делать омерзительные вещи. Порой кажется, что вот не может такого быть, не может, и все, а проходит время, и выясняется, что может.