Книга Пламя и пепел. Обещанные, страница 113 – Леока Хабарова

Рей спас её. Освободил от злых чар. Но… Частицы тёмной силы застряли где-то глубоко внутри, и Лави до сих пор ощущала их присутствие.

— Я не хочу убивать тебя. — Лави встала над поверженной дозорной. Всмотрелась в красивое лицо. Ишидари была пуста, как перевёрнутая крынка. — Но если надо…

— Бьёрг! — зов Улсадру заставил вздрогнуть. Наползающая муть рассеялась. — Готово!

Усилием воли Лавьен погасила готовые сорваться с ладоней сполохи. Что ж. Улсадру справился — тайный переход открыт: больше нет нужды отвлекать привратницу.

— Живи, — коротко бросила Лави и поспешила к учителю.

Настоящее. Убежище на границе Благословенный просторов

Беженцы всё прибывали.

Первые три ночи Рейнар всерьёз тревожился — как бы чего не вышло. На четвёртую послал опасения к бесам: люди и ургламы поначалу сторонились друг друга, но со временем поладили — Гар Зулум помог всем, кто нуждался в целителе, Ромашка не жалела для примкнувших кузнецов огня, с азартом делилась опытом и без устали ковала мечи и кинжалы, Натрог, орудуя черпаком, раздавал голодающим густую ароматную похлёбку, а Йордранг легко нашла общий язык с детворой. Будгра строго следил за порядком. Под таким присмотром не забалуешь, и Рей позволил себе выдохнуть — уединился с Танмаром на окраине лагеря. Вопрос интересовал только один.

— Как он умер? — спросил Рейнар.

Танмар помолчал. Отхлебнул из бурдюка эля и вздохнул.

— Магистр действовал хитро… — начал он.

«Не сомневаюсь», — мрачно подумал Рей, но смолчал. Дождался, когда друг продолжит.

— Магистр попросил короля об аудиенции и заявился в столицу с такой свитой, что город стал красным от алых плащей. Повсюду, куда ни плюнь, стояли рыцари. — Он чуть повернул голову и прищурился. — Такие, как ты.

Рейнар невесело усмехнулся.

— Всё не можешь простить, что я уехал тогда?

— Ты нас бросил, — без рисовки выдал Танмар. — И даже не попрощался. Друзья так не поступают.

— Я оставил записку!

— До меня она не дошла.

«Так вот, в чём дело!» — сообразил Рейнар, однако настойчиво вывернул разговор в нужное русло:

— Вернёмся к встрече отца и магистра. Рассказывай дальше.

Танмар хмыкнул. Приложился к бурдюку и утёрся рукавом.

— Магистр расписывал союз с Драксусом как высшее благо, — сказал он. — Упирал на то, что Драксус, дескать, человек, а ургламы и ишидари — нелюди, а потому — враги.

— Знакомая песня.

— Король выслушал, но признать Драксуса сюзереном отказался. Тогда магистр объявил его изменником, пособником темнокровых и угрозой порядка, и там же, прямо в тронной зале, вынес приговор — мне рассказала Марфа, служанка одной из фрейлин королевы. Помнишь её?

— Помню.

— Ох, до чего сочная девка! Такое умеет! Я был с ней пару раз. А ты?

— Нет. Продолжай.

Танмар снова хлебнул эля и вернулся к своему рассказу.

— Рыцари скрутили короля, а потом казнили на главной площади, на глазах у всех. Отрубленную голову вздели на пику и выставили над воротами — на всеобщее обозрение. Несчастная жена его прямо там и обезумела. Алые утащили её, рыдающую, и замуровали в башне вместе с детьми. А магистр уселся на трон и заявил, что Инария теперь под защитой Ордена Алой зари.

— Хороша защита… — Рейнар помрачнел. Стиснул кулак. — Я сверну гаду шею собственными руками!

— Ты клялся ему в верности, забыл?