Книга Пламя и пепел. Обещанные, страница 105 – Леока Хабарова

Рей обнаружился в походной кузне. Лави всерьёз забеспокоилась, узрев расклад: а ну как разум принца опять помутился?

Рейнар стоял на коленях, низко опустив голову. Потный и бледный, зубами он стискивал обрывок кожаного ремня, а руками держался за наковальню. Волосы его взмокли. На скулах ходили желваки.

Над ним, вооружившись раскалённым железным клином и молотом, колдовала Ромашка. Ростом Ромашка была с Натрога и, пожалуй, не уступала великану в ширине плеч. Могучие мускулы перекатывались под серо-зелёной кожей, желтоватые, украшенные кольцами клыки торчали изо рта. Звали её Грундру, но она предпочитала называться Ромашкой. Считала, так женственней.

— Не дыши, — приговаривала Ромашка, орудуя молотом. — Ещё чуток. Вот так. Терпи.

Металл звонко стучал о металл, но Рейнар не издавал ни звука. Сидел, не шевелясь.

Удар. Ещё удар. Скрежет, лязг… и рабский ошейник распался надвое.

Рей выплюнул ремень, шумно выдохнул и длинно выругался, потирая багровый рубец.

— Сколько я тебе должен? — хрипло спросил, поднимаясь.

— Три шёлковых платья и одну шаль. — Ромашка разложила инструменты на кузнечном столе.

— Кружевную? — уточнил Рей. Шея его горела. Кое-где проступила кровь.

— Обязательно.

— Всё будет, — посулился он. — Верь мне.

Лави не сдержалась и рассмеялась.

— Смотрю, ты вовсю налаживаешь связи? — спросила, когда Рей распрощался с Ромашкой.

— Приходится. Иначе нельзя. Не пристало принцессе выходить за раба. — Он схватил её за талию, притянул и впился в губы. Ладонь скользнула пониже спины, и Лави вывернулась.

— Тебя ищут по всему кочевью, ваше высочество, — пропела она, не позволяя схватить себя снова. — Улсадру хочет тебя видеть.

— Когда? — Рей всё-таки поймал её. Прижал так, что помыслы стали очевидны. Видимо, визит в кузню распалил не на шутку.

— Сейчас.

— Дело подождёт четверть часа? — Он с жаром принялся зацеловывать шею.

— Четверть часа? — возмутилась Лави. — Всего-то? Это как-то совсем не по-королевски!

— Хочу тебя так, что чресла горят. — Он вжал её в ближайший тотем: деревьев в кочевье не наблюдалось.

Лави запустила пальцы в золотистые волосы. Прикрыла глаза. Нега разлилась по телу, отзываясь внизу сладким спазмом. Эх!.. Послать бы всё к Шемесу и отдаться, принять отчаянные жадные ласки, но…

— Речь об Инарии, — сказала она, и Рей мгновенно отстранился. Посерьёзнел.

— Об Инарии?

Лави кивнула.

— Улсадру убеждён, только король Инарии способен сплотить силы людей и нелюдей. Без единства Драксуса не одолеть. Нужна армия.

Рейнар потемнел лицом.

— Я не король, — сказал, понурившись. — В Инарии больше нет короля.

Лавьен взяла его за руки. Заглянула в глаза.

— Рей, — сказала твёрдо. — Сходи и послушай, что скажет Улсадру. Он мудр и многое знает. Улсадру поможет принять верное решение, вот увидишь.

Рейнар отвёл взгляд и кивнул.

— Я схожу, — пообещал он. — Но после совета жди меня в шатре. Голая.

Лави улыбнулась и легонько чмокнула его в щёку.

— Как прикажете, ваше величество.

— Высочество, — поправил Рей.

— Высочество, — не стала спорить Лави.

Она видела, как ему тяжело, и понимала — дальше будет ещё тяжелее. Но Рей сильный. Он справится. Он всегда был героем. Даже в детстве…

Настоящее. Шатёр Большой Матери

Большая Мать оказалась на удивление… большой. Огромной даже. Крупнее Ромашки. Плечистей Натрога. Груди у неё были такие, что на одну запросто можно лечь, а другой укрыться. Йордранг по сравнению с ней выглядела совсем уж тонкой да звонкой, как сказала бы нянька, упокой Эльс её душу.