Книга Помолвка с препятствиями, страница 46 – Кати Владмар

Толпа замерла. В следующую секунду стоявший неподалеку офицер кавалерии хмыкнул. Молодой виконт с восхищением посмотрел на меня. Еще несколько молодых джентльменов одобрительно закивали. Генри оказался в идеальной ловушке. Возразить мне означало расписаться в собственной некомпетентности как коннозаводчика и признать, что ему плевать на здоровье чужой лошади. Желваки на его скулах заходили ходуном. Он был в бешенстве, но не мог сказать ни слова.

Пока он глотал унижение, конюх, получив одобрительный кивок Ричарда, быстро переседлал Бальтазара нормальным, мужским седлом.

Я подошла к жеребцу. Все взгляды были прикованы ко мне: светские сплетницы ждали позора, мужчины — развязки.

Я перекинула ногу через седло. Скрытый шов перекроенной амазонки плавно разошелся, тяжелое сукно легло по обе стороны лошади, обнажая край тренировочных сапог. Я опустилась в седло плавным движением, подобрала поводья и выровняла спину.

В глазах столичных офицеров вспыхнул неподдельный интерес. Это не было пошло. Это было дерзко, смело и чертовски красиво.

Дорога до дальних полей, где должен был начаться гон, заняла около получаса. За это время вокруг меня образовался плотный эскорт из друзей Данбара. Молодой виконт и пара кавалерийских офицеров, совершенно очарованные моей лекцией, наперебой обсуждали со мной баланс, грунты и кровные линии. Я охотно поддерживала беседу, улыбаясь им и демонстрируя глубокие знания предмета.

Генри ехал чуть поодаль. Его спина была прямой, как стальной прут, а взгляд, которым он сверлил спины моих собеседников, мог бы прожигать дыры в камне. Он был просто вне себя от возмущения моим «непристойным» поведением.

Наконец, мы выехали на широкую опушку. Впереди расстилались бескрайние, изрезанные оврагами и каменными оградами луга.

Егеря спустили свору. Раздался заливистый лай, а следом — резкий, протяжный звук охотничьего рожка. «Gone away!» — лиса пошла.

Лошади нетерпеливо заплясали под всадниками. В этот момент Генри поравнялся со мной. Его лицо было бледным, глаза сузились. Он не мог упустить шанса оставить за собой последнее слово.

— Надеюсь, вы сполна насладились этим дешевым эпатажем, леди Жанетт, — бросил он, процеживая слова сквозь зубы. Его голос был пропитан ядом. — Потому что, когда начнется настоящая скачка, ваши заумные теоретические познания не помогут вам удержаться в мужском седле. Постарайтесь хотя бы не свалиться под копыта остальным.

Я неторопливо обернулась к нему. Встретив его взгляд, снисходительно приподняла самые уголки губ. А затем, не сказав ни слова, перехватила поводья и с силой ударила Бальтазара шенкелями.

Жеребец, выбросив из-под копыт комья влажной земли прямо под ноги Ониксу, сорвался с места мощным, размашистым карьером.

Я оставила лорда Рокуэлла глотать пыль, устремляясь в первые ряды пелотона. Охота началась.

Генри

Грязь из-под копыт рванувшего с места вороного жеребца полетела Ониксу под ноги, несколько жирных темных капель брызнули прямо на безупречно белые бриджи. Я инстинктивно поморщился, до боли сжав челюсти.

Гнев удушливой волной затапливал сознание. Поведение Жанетт переходило все мыслимые границы приличий. Теперь мне стало ясно, почему старый граф годами держал старшую дочь взаперти, вдали от цивилизованного общества. Сент-Клэры прятали ее вовсе не из-за мнимого слабого здоровья! Они просто боялись, что эта непредсказуемая дикарка опозорит их род. Как только этот нелепый выезд закончится, я собирался немедленно поговорить с ее отцом. Граф обязан жестко призвать ее к порядку. Если он не примет меры, ее выходки втянут обе наши семьи в неслыханный скандал.