Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1, страница 102 – К. Рэдлиф

В гостином дворе было все так, как помнил заклинатель. Все так же чисто, прибрано, с кухни доносился запах чего-то вкусного и женское пение. Цзэ Сюлань пошел на голос.

Пройдя сквозь еще одну дверь, он увидел узенькую кухоньку, всю сверху донизу заставленную мешками с крупами, специями и деревянными бочонками с засоленными овощами. У плиты хлопотала молодая женщина в простых одеждах. Ее живот был совсем круглый и явно доставлял неудобства. Навскидку Цзэ Сюлань дал бы месяц восьмой. Женщина, скорее всего, была Шан Ло. Она пела песенку про глупого рыбака, что жалел рыбу и выпускал из сетей, а потом голодал вместе со своей огромной семьей. Голос у госпожи Шан был высокий и звонкий, словно серебряный колокольчик. Он искрился между первой и второй октавой, заставляя воздух вокруг вибрировать. Шан Ло пела красиво, чисто. Скорее всего, голос ее расцвел оттого, что женщина была совершенно точно уверена, что одна и никто ее не слышит. В любом случае Цзэ Сюлань завис у входа, наслаждаясь свободно льющейся музыкой. Когда Шан Ло завела новую песенку, на кухню зашел Сянь Мин. Он улыбался одними уголками губ, а в его руках была корзинка из джута, прикрытая сверху белой тканью. Сянь Мин поставил ее на стол и открыл – внутри оказались свежеприготовленные баоцзы ^[18].

— Шан Ло, а ты все с самого утра на ногах, – пожурил ее Сянь Мин. Взяв еще горячую булочку, он откусил и замычал от удовольствия. – Попробуй, это бабуля Жу приготовила за то, что я ей цыплят неделю назад из города принес.

Шан Ло отложила длинные бамбуковые палочки, которыми что-то ворочала, в сторону и заглянула в корзиночку. Ее лицо обдало ароматным жаром, и женщина улыбнулась:

— Бабуля Жу, как всегда, нас очень балует.

— Но разве мы не заслужили? – Сянь Мин достал еще одну паровую булочку и передал в руки Шан Ло. Та поблагодарила и откусила баоцзы. Мясной сок разлился по языку, перемешиваясь со вкусом свежего теста.

— Вкуснота какая!

— А я о чем? Бери себе скорее, а то я все съем! – и заклинатель схватил корзинку, дурачась как ребенок. Женщина тут же нахмурилась и скрестила руки на груди. Всем своим видом она выражала неодобрение, но губы, сжатые в тонкую ниточку, дрожали в попытке скрыть улыбку, рвущуюся наружу.

От этой сцены в груди Цзэ Сюланя разлилось тепло. Кажется, они были счастливы в этом ветхом гостиничном дворе. Наблюдать за счастливыми людьми было интересно, но в то же время так тоскливо. У Цзэ Сюланя не было такой дружной семьи. У него не было верных друзей и даже возлюбленной не было. Дурачиться с кем-то… Такая глупость. Но когда он попал в маленький мир, населенный призраками прошлого, все эмоции его обитателей находили отклик в сердце невидимого наблюдателя. Цзэ Сюлань чувствовал себя весьма странно, ощущая непривычное тепло под ребрами.

— Ну, Сянь-Сянь, не ешь все! – наконец вскрикнула Шан Ло, выхватывая корзинку. – Вечером придет Суй Чжун. Ты же знаешь, как он любит стряпню бабули Жу. Оставь ему несколько.

— Но разве ты не готовишь ему ужин?

— И что с того? Тебе жалко одного пирожка для лучшего друга?

— Да не жалко, не жалко! – рассмеялся Сянь Мин и поставил корзинку рядом с печкой. – Давай я тебе тоже помогу.

Взяв нож, мужчина принялся за чистку овощей. Шан Ло же продолжила заниматься рисовой кашей на огне.