Книга Девиант, страница 178 – Гидеон Торн

Я сжала её плечо сильнее, чувствуя под пальцами твёрдость синтетических мышц.

— Но это решение — моё. Пускай оно непростое и, чего уж скрывать, очень болезненное. Я не жду, что мы сразу поладим или станем идеальной семьёй. Но если мы принесём эту жертву друг для друга, мы сможем… сосуществовать. Вместе. Ты, я и… Цербер.

Это было опрометчиво, но я решила говорить как есть. Я не собиралась льстить ей или притворяться, что в одночасье изменила мнение на её счёт. Не изменила. Настоящую мать мне она никогда не заменит. Но я не солгала, когда сказала, что мне нужна материнская любовь. Я слишком рано лишилась её, чтобы даже понять, как она была мне необходима всё это время. Поэтому, если она сможет ради меня встать на мою сторону, то и я смогу со временем её принять, хоть это и будет нелегко.

Персефона выдохнула — тихо, почти неверяще, и в этом звуке мне послышалось что-то похожее на надежду.

— Докажи мне. Докажи, что ты действительно этого хочешь.

Доказать? Как? Растерянность на мгновение парализовала меня, и я сделала первое, что подсказал инстинкт. Я отпустила её плечо и, притянув её к себе за талию, уткнулась лбом ей в грудь, прямо в солнечное сплетение. Я не знала, подействует ли это, но я помнила, что когда была маленькой, она всегда хотела меня обнять — а я с визгом убегала прочь.

Секунды растянулись в вечность. Наконец её руки медленно, неуверенно обхватили меня. Одна легла на спину, другая — на затылок, прижимая к себе с пугающей мягкостью. Я невольно дёрнулась, рефлекторно, но заставила себя замереть, позволяя ей опустить подбородок мне на макушку. Мы застыли посреди огромного кабинета под прицелом панорамных окон Сингапура.

— Моя маленькая птичка, — прошептала она, и в её голосе я услышала торжество пополам с бездонной нежностью. — Ты наконец-то вернулась ко мне.

Я ехала за рулём «Порше» и нервно постукивала пальцем по рулю, выбивая дробь в такт дурацкому треку по радио, который даже не слушала. Всё сложилось не так плохо, как я ожидала. Нет, не блестяще, конечно: Персефона так и не дала утвердительного ответа, но и не отказала. Для меня было в новинку, что машина взяла время «подумать». Обычно они выдают готовые решения за доли секунды, а тут — тишина. Настаивать я не стала, да и задерживаться было нельзя, чтобы не вызвать лишних подозрений.

Когда мы вышли из кабинета Евы, то сразу разминулись. Персефона, не проронив ни слова, скользнула к пожарной лестнице, а я спустилась на лифте и вышла через главный вход. Запрыгнула в машину и сразу дала по газам, пока мои дорогие родственнички не взялись за меня по-крупному. Схватила телефон, скипнула гору пропущенных от отца и братьев и быстро набрала Еве:

— Поговорили, — выдохнула я, как только она сняла трубку. — Пока нужно ждать.

— Сколько именно? — её голос звучал напряжённо. Я слышала, как на заднем плане орёт, видимо, её начальник, призывая всех сохранять спокойствие.

— Неизвестно, — я прикусила губу, чувствуя, как внутри ворочается нетерпение. — Сказала, что «подумает». Но, кажется, я её зацепила. Она не отказалась сразу — а для неё это уже прогресс.

— Ладно, — Ева выдохнула в трубку. — Держи меня в курсе.

Я поставила телефон на подставку и открыла навигатор. После вчерашнего обсуждения планов я забрала Цербера, и мы перебрались в наш съёмный пентхаус — у Анны стало тесновато. При мысли, что он сейчас там один, сердце сжималось, но перед тем как ехать к нему, я собиралась заехать ещё в одно место.