Книга Амнезия. Мой не бывший, страница 146 – Иден Хол

— Я тогда рожу прямо у тебя на руках!

— Ну-ка цыц! – рявкает на нас Волков старший, – что за детский сад? Поеду, не поеду! Все поедете, просто в разных машинах! Из одной больницы едут, она большая, там есть и травматология, и родильное! Но рожать еще рано! – указывает на сестру строгим пальцем, – тебе еще два месяца ходить! Сейчас подышишь, сделают укольчик и передумаешь!

— Это чтобы я раньше Тани не родила? Себе хочешь волковского первенца, да? – болезненно смеется Лина, и я не могу не улыбнуться от их перепалки.

Мои шальные сумасбродные мысли рисуют безумные картины меня и ребенка, выпрыгивающего из Полины прямо в руки, и я не могу сдержать смешок. За него получаю резкий, как удар током укол боли сразу через все тело. Вздрагиваю, замираю и Полина вместе со мной.

— Илья… – шепчет мое имя так, как никто и никогда не шептал. Словно наши жизни – это одно целое, сшитые не разрываемой ниткой. Один умрет и второй за ним.

— Лина, – сжимаю ее плечо пальцами, – все будет хорошо. Обещаю тебе.

А потом вдруг приезжает скорая, с завыванием сирен ворвавшаяся во двор. За ней полиция, которую вызвал Руслан. Потом каким-то чудом и мой начальник охраны материализуется в дверях и сразу берет под контроль всех ребят с погонами.

Я могу только выдохнуть с облегчением, потому что мой короткий звонок о том, что произошло, показывает, что Петрович на нашей стороне и не даст уйти Толкунову безнаказанным.

Скорой реально две бригады, одна утаскивает от меня Полину, вторая пытается пришпилить меня к жестким носилкам и заковать шею в «воротник». Руслана я ловлю за руку, уже у самой двери, когда меня выносят на носилках.

— Рус! Где она? Она в порядке? Не оставляй ее одну!

— Я еду с ней в скорой, глаз не спущу.

— Не давай ей рожать, еще рано! – мне страшно от мысли, что с ребенком будет что-то не так. Я в ужасе!

— Врачи разберутся!

— Уговори ее!

— Вас уговоришь, конечно, – хмыкает со скепсисом, – два сапога пара. Вы стоите друг друга по уровню упрямства и дурости в голове! Расслабься, Воронов, и сосредоточься на том, что бы у моего племенника был здоровый вертикальный отец о двух ногах! И с целой соображающей головой! А то уволю! – грозит, – из зятей! Нам овощи не нужны!

Перед тем как меня грузят, я вижу, как уезжает со двора первая скорая с Полиной на борту. Надеюсь, успеют вовремя. Только бы с ней и малышом все было в порядке. Я отдам за это что угодно! И ноги, и голову, и сердце!

Илья

Нет ничего ужасней, чем быть в неведении о том, что с твоими близкими. Сейчас я начинаю понимать, как чувствовала себя Полина, когда в прошлый раз в больнице была оторвана от меня и не знала, жив ли я вообще.

Когда меня прогоняют по всем возможным обследованиям от рентгена до МРТ и обкалывают обезболивающими, я уже готов сбежать, только бы получить хоть кроху информации.

На мою беду, у меня даже телефона нет, так как его забрали вместе с одеждой в камеру хранения. Руслан не появляется и это еще один повод для беспокойства. Как там моя девочка, где она и что с ней? Как там мой мальчик? Успокоился ли? Передумал вылезать на свет божий таким маленьким и неготовым?

Врачи в скорой мне сказали, что это вполне реально остановить роды уже в схватках, если еще слишком рано. Преждевременные роды все равно опасны для здоровья обоих. Организм матери и малыш еще не готовы к этому. И я пытаюсь вспомнить, как молиться.