Книга Сильная и независимая, страница 8 – Юлия Резник

— Деньги есть у меня! — выпаливает Стася. — Точнее… Не у меня. А у папы. Но я попрошу — он даст. Это сто процентов.

— У папы, значит, — задумчиво тянет Алла. — Стасенька, а кто у нас папа, а?

— Ну, папа и папа, — смущенно бормочет Стася, отворачиваясь к окну.

— Твоя же фамилия — Наумова? — допытывается Алла.

— Нет, — округляет глаза Лерка. — Только не говори, что твой отец… А чего ты молчала?!

— Того! — вспыхивает Стася. — Вы бы видели свои лица!

— А как ты думала, блин?! Твой отец Наум Наумов! — заходится Алка. — Нет, это уму непостижимо. Скажи, Юль!

А что тут скажешь? Сижу — обтекаю. Если это тот Наумов, о котором я думаю, то… Ни хрена себе! Да этот чувак стоял у истоков интернет-индустрии в нашей стране. Ему принадлежит… Да что уже только не принадлежит. От одного из самых востребованных в мире браузеров до собственного платежного сервиса и всяких там умных колонок, установленных, считай, в каждом доме.

— Ну, Стася… — шепчу я.

— Я все та же, — робко шепчет девочка. Смотрю на нее — сидит аж серая, слезы выступили на глазах. Наверное, нелегко ей приходится с таким папой. И это многое объясняет на самом деле. И ее некоторую скрытность, и то, что у Стаськи до нас не было подруг, и то, что при этом всем она умудрилась стать самодостаточной, уверенной в себе мамзелью.

Ее вера в себя пошатнулась лишь один раз. Когда Стася влюбилась. Собственно, любовь и привела ее в мой салон. Первыми словами Стаси, когда она села ко мне в кресло, были:

— Мне сказали, что вы лучшая в своем деле.

— Некоторые мои коллеги поспорили бы с этим утверждением, — улыбнулась я. — Но я нескромно считаю, что вам не соврали.

— Тогда скажите, с этим можно что-нибудь сделать? — спросила она, рисуя пальцем круг у лица.

— Несомненно. Но для начала давайте уточним задачу.

— Задача проста — есть мужчина, который считает меня абсолютно непривлекательной…

— Он так и сказал? — ошалела я.

— Нет, — покраснела Стася. — Я подслушала его разговор с другом.

— И вы… хотите…

— Хочу заставить его передумать. Сумеете мне с этим помочь?

— У вас очень красивые черты лица.

— Вадик назвал меня молью, — вздохнула Стася.

— Он неправ, — возразила я, с трудом подбирая слова помягче. — Визажисты обожают такой типаж. Он как чистый лист. Рисуй что хочешь. Вот вы кем хотите отсюда уйти?

— Знойной красоткой? — не слишком уверенно промямлила Стася, настороженно следя за моими действиями — я как раз наносила уход на ее кожу.

— Отлично. Значит, рисуем знойную красотку. Потом обязательно сообщите, какой будет реакция вашего краша.

Потом уже выяснилось, что она была именно такой, какой и хотелось Стасе. Но для меня гораздо важнее было то, что я увидела в ее глазах, когда повернула девочку к зеркалу.

— Я — красавица, — прошептала Стася, завороженно касаясь своей щеки.

— Да. Никогда в этом не сомневайтесь.

Хотелось еще добавить — «и не позволяйте всяким мудакам пошатнуть вашу веру», но это было бы непрофессионально, и я не стала. Весь день потом думала, как Стася, добилась своего или нет? И неизвестно, сколько бы еще терзалась этим вопросом, если бы она не пришла ко мне снова.

— Опять будем делать из вас горячую штучку?

— Нет. — Стася неожиданно нахмурилась. — Я тут подумала… На кой мне мужик, который ведется исключительно на картинку?