Книга Знак леопарда, страница 57 – Татьяна Степанова

— А я и сейчас убежден, что виденный нами зверь — плод гипнотического воздействия! — воинственно парировал фон Рустен.

— Что ж это, всем сразу явилось одинаковое видение? — хмыкнул Монго.

— Дорогой мой, случаи массового гипноза достаточно подробно описаны в медицинской литературе. Могу вас ознакомить!

— Многое бы я отдал, чтобы присутствовать при этом зрелище! — мечтательно вздохнул Монго.

— Вот и все, господа, — сказал князь. — Больше мы ни с чем необычным не встречались! Ну разве можно рассматривать это как оскорбление божества?

— Спустя неделю мы перебрались в Лагос и затем сели на пароход «Святой Павел», который благополучно доставил нас в Одессу, — сообщил Монго. — Дезирелли проводил нас до вокзала, и мы отбыли домой. Листопадов в этот же день уехал в Ялту. Путешествие закончилось!

— А честная игра с леопардом? — спросил Саблин, кивая на шкуру.

— Ну, это мой охотничий трофей, — усмехнулся Монго. — Это произошло еще до нашего возвращения в Абомей, во время работы экспедиции.

— Говорят, владелец этой шкуры был людоед. На его счету несколько жертв, — пояснил Гагарин. — Наша экспедиция остановилась в одной деревушке, жители которой страдали от нападений зверя. Они помогли Вите устроить облаву.

— А в чем заключалась честная игра? — полюбопытствовал Красовский.

— Я убил его не из винтовки, Александр Георгиевич, охотничьим копьем. У нас были равные шансы. Но бедняге не повезло, хотя знаком своим он успел-таки и меня отметить. — С этими словами Монго расстегнул рубашку. Красовский увидел на выпуклой мускулистой груди охотника несколько белых шрамов.

— А разве охота на леопарда не запрещена в Дагомее? — не унимался Саблин.

— Негры до смерти боятся духа К’По, Валентин Всеволодович, — вздохнул фон Рустен. — Не только не охотятся на его земное воплощение, а леопард — земное воплощение Бога, они даже стараются не произносить слов «агассу-леопард», считая, что упоминание может навлечь на них беду.

— Не поминай имя Господа всуе, — сказал Монго. — Ну, в общем, я плюнул на запрет и устроил облаву. Этот людоед и нам мог причинить массу неприятностей. Вы считаете, что я оскорбил божество? Тогда почему оно не убило меня первого?

— Виктор! Прошу вас! — нервно воскликнул фон Рустен.

Красовский с удивлением взглянул на доктора. Тот достал платок и вытирал пролитый из рюмки коньяк.

— Господа, — спросил Гагарин, — а что думает полиция о гибели Дезирелли?

— Считает, что он стал жертвой психически больного, — ответил Красовский.

— Здравый смысл — вот что больше всего я ценю в полицейских! — процедил фон Рустен.

— Значит, полиция не видит связи между смертью Дезирелли и Листопадова? — воскликнул князь.

— Ты уверен, что эта связь есть? — спросил Монго.

— А что думаете вы, князь? — осведомился Красовский.

Гагарин встал с кресла и заходил по комнате. Резким жестом он расстегнул ворот мундира.

— Я ничего не понимаю. Душевнобольной убийца? Мистический оборотень? Вздор!

— А зачем Дезирелли приехал в Петербург? Вы узнали? — спросил Монго.

— К сожалению, пока нет, — вздохнул Саблин.

— Он много раз говорил, что никого не знает в столице. Единственными его знакомыми здесь были мы с князем. Жаль, что так получилось!

Гагарин продолжал молча ходить по комнате.

— Может быть, вы рассказывали кому-нибудь о своих африканских приключениях? — поинтересовался Красовский.