Книга Роковой саквояж, страница 14 – Елена Дорош

— Нужда-матушка, Николай Алексеевич?

— Да еще какая!

В кабинет сунулся было помощник, но Маклаков махнул рукой:

— Никого не принимаю. Нам с господином Троицким прошу не мешать.

Помощник, понимающе кивнув, удалился.

— Нужда у меня нынче до тебя, Захар Ильич, особая, — садясь за стол, сообщил Маклаков. — Проще сказать: пойди туда, не знаю куда, найди пуд золота и того, кто его украл.

— Забавно, — без улыбки произнес Троицкий.

— Куда как смешно. А всего смешнее, что случилась сия докука в славном граде Костроме, куда вскорости прибудет государь, дабы отметить с народом триста лет царствования фамилии.

— Слышал.

— Кроме тебя никому поручить это дело не могу, да, если честно сказать, и некому. Сам понимаешь, сейчас все под выгреб уже там.

— Так, может, вашим орлам расследовать сподручнее? Они всяко на местности уже сориентировались, осмотрелись, поняли, что к чему.

— Да, понимаешь, какое дело: не могу я дать ход официальному расследованию.

Николай Алексеевич глянул на своего визави. Годное объяснение он приготовил заранее, надо лишь быть убедительным.

— Дело щекотливое. Груз отправлен страховой компанией «Волга». Пункт назначения — Нижний. Перевозился без охраны. Одним только агентом.

— Стало быть, была на то причина.

— В суть я не вникал, да и без надобности лезть еще и в это. Куда, кому, зачем — не наша головная боль. Однако Адамов уверяет: о содержимом саквояжа знали двое — он сам и исполнитель.

— Гадаете, кто из них Иуда?

— Адамовым и сотрудниками «Волги» я займусь сам. Буду держать в курсе. Твоя задача — найти саквояж, разумеется, вместе с содержимым.

Если Троицкий и удивился неожиданной резкости тона министра, то никак этого не проявил.

— Надеетесь, что он еще в Костроме?

— Даже если и нет, Кострому надо избавить от сей докуки. Губернатор костромской сильно опечален, что происшествие случилось на его территории. Неприятно, знаешь ли, если вдруг тень на него упадет. Не досмотрел и все такое. А тут еще царь-батюшка и иже с ним. Нехорошо, если подумают, что в благословенной Костроме народ грабят, а виновных сыскать не могут.

— Понимаю.

Тон Троицкого показался министру лишенным должной заинтересованности, поэтому Николай Алексеевич решил поднажать.

— Я ведь тоже прикомандирован сопровождать государя, поэтому что скрывать — не хочу видеть укоризну в его глазах. Сам знаешь, как у нас любят первым делом сыскать стрелочника. Может, конечно, огласки не произойдет, но береженого, как известно… Помоги, Захар Ильич. На тебя вся надежда.

— Спасибо за доверие, Николай Алексеевич, только я нынче в Министерстве путей сообщения числюсь. Мне без спроса уходить с работы заказано.

— Ты ж чиновник особых поручений у Рухлова. Тебе свободы больше.

— Да, но до известного предела.

— Знаю я, какие у Сергея Васильевича пределы, — хитро прищурился Маклаков. — Как только не спился еще.

— Ладно бы сам, так он и меня в это дело втягивает, — усмехнулся Троицкий.

— А ты под это дело…

— Заболеть с перепоя?

— Дней на пять-шесть.

— Думаете, хватит?

— Тебе? Да за три дня управишься!

— Вашими бы устами, Николай Алексеевич.

— Не скромничай, Захар Ильич! Не раз уже справлялся!

Поднявшись, министр хлопнул посетителя по плечу.

— Дело в общем-то пустяшное!

«Врет», — подумал Захар и тоже встал.