Онлайн книга «Кровавые легенды. Русь»
|
Гости заплывают один за другим, их так много, что у Нади рябит в глазах. От улыбки болят губы и скулы. Вода щекочет ноздри, разъедает небо и место в груди, где раньше были легкие. Важная мысль: теперь это – ее предназначение. Все, что говорила Галина Сергеевна, – ложь! Тут появляется жаба. Натуральная огромная жабища с набухшими волдырями по всей коже. В некоторых местах волдыри лопаются, и из них выползают скрюченные белые нити гноя, устремляющиеся по потоку вверх, к потолку. На этот гной набрасываются мелкие твари, похожие на креветок. Их разгоняют после короткой драки. Надя едва сдерживает позывы рвоты, но улыбается и кивает. — Умница! – говорит жаба, шлепая вывернутыми наружу гнойными губами. Звуки под водой глухие и будто распадающиеся на отдельные кусочки, яркие брызги воздушных пузырьков. – Я знала, что ты справишься, милочка! Ишь, девка какая! Терпи, заслужишь местечко! Гости прибывают. Где-то играет музыка. Волны ее под водой вязнут. Для Нади это не музыка, а какофония. Она вспоминает мелодии Моренко и понимает, почему ему удалось охмурить дочь речного царя. Вода становится грязнее, откуда-то снизу поднимаются ил и кусочки водорослей. Гости рассаживаются за столы. Кругом шум и гвалт, свет мутнеет. Серебристая тварь, закрытая хитином, с плоской мордой и мощными челюстями, набрасывается на тварь поменьше, жрет ее, тряся головой, мутит воду кровью и оторванными конечностями. Никто не обращает внимания. Надя тоже. Ее дело – кивать гостям и улыбаться. Замечает мужчин в спортивных костюмах. Они единственные здесь люди, кроме нее. При этом одетые. Вот только жизнь покинула их тела, вернула, видимо, естественный облик, присущий тем, кто долго разлагается в болотах. Кожа зеленоватая и гнилая, местами сползает, отслаивается чешуйками, глаза давно вытекли, а глазницы у них забиты песком, грязью и водорослями. Заложные покойники плывут молчаливо, поддаваясь течению, вода струится из рваных ран на шеях, щеках, сквозь открытые рты и порванные ноздри. Потом появляется речной царь. Он огромен и стар. Тело его рыхлое, морщинистое, наполненное водой, грязью, илом. В складках большого живота забились водоросли и рыбьи кости. Сквозь мощный лысый череп пробиваются тонкие кусочки кораллов, совершенно непонятно как там оказавшихся. У него нет губ и носа. У него есть костяные рога. Огромные треугольные глаза без век. В левой руке зажат ржавый трезубец, а в правой – тоже ржавый длинный скипетр с овальным наконечником, мятым на боках. Вместо ног у царя огромный хвост, на который он садится, как на стул. Каждая чешуйка хвоста – размером с Надину голову. Царь говорит: — Здравствуйте, гости дорогие! И его приветствуют чинно, дружно, кланяясь и разгоняя воду чем-то вроде аплодисментов. Надя улыбается и кивает. Царь не замечает ее, слишком мелкую сошку, и величаво проплывает мимо, одарив сладковатым запахом каких-то специй. У царя главный стол, под сводами. Сразу за ним всплывают все его дочери, числом пять тварей. Надя улыбается. Дочери жирные, чешуйка к чешуйке. Головы обросли яркими водорослями. Надя кивает. Наконец появляется шестая дочь – нынешняя невеста. Под руку ее держит Моренко. Он тоже обнажен и как-то совсем нелеп, будто свихнувшийся старик оказался вдруг в аквапарке в чем мать родила. Седоватые волосы дрожат в потоке, скукожившийся член спрятался в сером пушке между ног. В Моренко нет грации речных тварей, он шевелит ногами и руками, чтобы сохранять равновесие. На лице его – обреченность и уныние. Кожа натянута, проступили коричневые вены, густо усеивающие руки, бедра, грудь. |