Книга Кровавые легенды. Русь, страница 119 – Александр Матюхин, Максим Кабир, Дмитрий Костюкевич, и др.

Другому на ее месте Герман не поверил бы, но у Алены светлая голова, трезвый рассудок и, главное, здоровый скепсис. Уж он-то знал ее хорошо. К тому же она добыла свои слишком странные сведения с помощью методики, которую он сам и разработал. Разработал вместе со своим старым другом Антоном Решетовым.

Свою методику Ковенацких с Решетовым назвали «Психосоматическая техника информационного сканирования», а попросту окрестили ее «Гностическим Пылесосом».

В начале восьмидесятых годов, когда в советской Москве множились подпольные эзотерические кружки и общества, Герман и Антон, тогда студенты биофака МГУ, были известны в среде московских мистиков-нонконформистов в качестве гностиков. Они сами предпочитали представляться именно так: «Мы – гностики». В них видели продолжателей традиций гностических сект второго – третьего веков, последователей Маркиона, Сатурнина, Василида, Карпократа и прочих еретиков, которые скрещивали христианство с учением о Плероме, Эонах и Демиурге. Но друзья интерпретировали гностицизм достаточно вольно и своеобразно. Оба были одержимы идеей разработки эффективных эзотерических методов познания, способных добывать информацию из таких темных щелей бытия, куда простым смертным проникнуть невозможно.

Друзья ставили на себе рискованные и опасные эксперименты, чтобы расширить и обострить гностические – познавательные – способности разума. Пробовали всякое: и депривацию, и физическое самоистязание, и вызванный искусственно реактивный психоз, и различные психоактивные вещества, и даже питье крови. Последнее – кровопитие – неожиданно оказалось наиболее эффективным, поэтому вошло в окончательную версию методики, в которой кристаллизовался весь гностический опыт, накопленный новыми гностиками за четверть века экспериментов.

Прошла нонконформистская молодость. Решетов стал чекистом, дослужился до звания полковника и должности начальника отдела в Военно-медицинском управлении ФСБ, а Ковенацких зарылся в науку, занялся биоакустикой, стал доктором биологических наук и старшим научным сотрудником Акустического института имени Академика Андреева, изучал локационные способности летучих мышей и глубоководных тварей.

Но далеко их пути не разошлись. Друзья продолжали совместные разработки методов познания и создали наконец технику «Гностического Пылесоса», которую можно было применять в том числе и для расследования преступлений – в тех случаях, когда стандартные следственные методы оказывались бессильны.

Герман обучил cвою племянницу Алену урезанному варианту «Гностического Пылесоса»; обучил специально, чтобы проверить, насколько действенна технология в сокращенном виде и при использовании недостаточно опытным оператором. В итоге остался доволен: Алена показала хороший результат – технология работала достаточно эффективно даже в ее руках.

Вообще, племянница была для Германа добровольным испытателем различных техник и приемов, которые он разрабатывал. Но полностью в свои исследования он ее, конечно, не посвящал, и Алена могла только гадать о настоящих интересах дяди Германа.

После того как Алена связалась с ним по делу своей подруги и ее пропавшей дочери, тот в свою очередь связался с Решетовым и попросил его о помощи. Друзья решили опробовать свою технику на повредившейся рассудком Ксении, чтобы разобраться в случившемся, восстановить целостную картину происшествия и, если возможно, найти пропавшего ребенка.