Онлайн книга «Город звериного стиля»
|
Выглядела она спокойной, но только внешне, потому что слова папы Богодая «девочка, не хулигань, Галя дома» и у Мура застряли в уме занозой. Дед, перебинтовывавший Гальке ободранные ладошки, удивился: — Так я тебя отвезу! Но… Ох… Ты, значит, все время с Петькой была? — Я от Кунгура в ЗИЛе ехала, он меня не заметил… Меня Егоша привела. Конечно, все время. — Да я ж тебя на днях видел, когда Богодаю деньги отвозил… Или… Не тебя? Ты худющая, загорелая… А та девчушка светленькая, мягкая… С глазами у нее что-то… Я даже обиделся, что не улыбалась мне, даже, да подумал – переживает… Внученька, да чего ж Егоша от тебя хочет? — Не знаю. Но она… Она нам помогает… Дедунечка, – Галька обняла его, всунувшись головой под подбородок, – я тебя так люблю! Давай завтра байдарашков напечем! Я помню как! Деда, дедушка, а та… светленькая… правда я? А Мур спросил: — Какие деньги? — Долли твоей на лечение, в Германии в клинике договорились, поедут вот завтра… Или в Израиле? Забыл я… — На лечение! Ой, – Галька ускакала и вернулась с драным рюкзачком, порылась там и достала завязанные в носок камешки, вытряхнула на ладонь: – Мы чего нашли! То есть не мы, а глухарь, он с елки свалился, мы его съели… Но вот, можно это тоже Дашке на лечение? — Ох ты, – дед тронул пальцем грязный алмаз. – С полем! Карата два… А этот вон и все три. Ну, посмотрим после огранки… И золотишко. Хм, богатый глухарь попался. Любят они блестяшки, да. А для сестрички-то… так сразу не продать, милая, отложи себе в приданое, а сестричке я уж дал… С тобой-то что делать, партизанка? Утром дед отвез их в магазин за телефонами и одеждой Гальке. Та нахватала футболок и джинсов и еще разноцветные кеды и теперь, шурша пакетами, копошилась на заднем сиденье, переодеваясь. Потом Мур заметил, что дед вымотался, сел за руль, и скоро они подъехали к Долькиному дому. Припарковались подальше от подъезда. — И долго нам шпионить? – через пару минут спросила Галька. – Это же дом. И… И я… Я ведь щас зареву, не выдержу… Ой… Вон… Они… Подкатило такси, и почти сразу из подъезда показался папаша Богодай в яркой рубашке, с большими «самолетными» чемоданами. Следом вышла «Галька». Девочка как девочка, в черных солнечных очках в красной оправе. Вполне настоящая. Красивая, аккуратная, в розовом сарафане, но вся белесая, гладкая, будто отлитая из гипса. — Дурацкий сарафан. Сроду бы не надела, – проворчала Галька, снимая все на телефон. – Нет, ну откуда он взял такую? И что, ему меня настоящую не жалко? — Он думает, что это ты, – Мур тоже снимал. Дед молчал, нахохлившись на пассажирском сиденье. Потер грудь слева, вынул из бардачка лекарство, принял. «Галька» обошла такси и была теперь как на ладони. Белая вся, да, и потому странная. Почему-то казалось, что она холодная. Она вдруг оглянулась. И посмотрела, казалось, прямо в глаза Муру. Чуть улыбнулась – как-то виновато, даже жалобно. Помахала рукой. Таксист открыл перед ней дверь, и она плавно села в салон, будто втекла. Такси отъехало и скрылось за поворотом. Слышно было, как шумит машинами улица и как в небе шумят тополя. Из кафе, где зимой Мур чуть ли не каждый день сидел с Долькой, пахло ванилью и кофе. Реальность. Он вздохнул, посмотрел в телефон, прокручивая видос… Клон Гальки отсутствовал на видеозаписи. |