Книга Функция: вы, страница 294 – Юлия Домна

— Конечно, ребенок. Адам сам себя не остановит.

Это было последнее, что я от него слышал.

* * *

Не помню, что было потом. Вроде бы я шел, долго, через город, и небо медленно выцветало над облаками, превращаясь в грязь. Вроде бы Дедал тоже шел, рядом, и через дорогу, и по соседней улице, и все мы стекались к угловому пятиэтажному зданию, опоясанному светом по первому этажу.

Не помню, как оказался внутри. Зато помню чьи-то руки на лбу, и голос, постановивший жар. Помню несколько слоев тепла, ускользающе знакомый запах шерсти. И то, как яркий телевизор гостиной бил по глазам.

Еще помню, как Мару сказал: маркер Минотавра исчез.

И Куница спросила: то есть… Он мертв?

И Мару ответил: не знаю, надо искать тело.

И тогда я сказал: он жив. Он обещал.

Очнулся я уже один, сидя в незнакомой темной комнате на незнакомой темной кровати. Из коридора лился свет. В его желтых переконтрастах чернел силуэт ребенка. Я подал голос, пытаясь обозначить, что увидел его, и тогда ребенок подался ко мне, но снова застыл, едва войдя внутрь.

— Прости, – узнал я голос Влада, сдавленное ожидание в нем. – Черт, правда, прости. Я не хотел, чтобы все так вышло.

Я пошевелился и обнаружил плед на плечах, под ним чужую толстовку.

— Мне нужна твоя помощь… – просипел я.

— Гм… Уверен, что моя?

В коридоре стояла мертвая тишина. Как будто на целой планете нас осталось двое.

— Я хочу, чтобы ты нашел кое-кого… Не задавая вопросов. У меня все равно не будет ответов.

Влад недоверчиво приблизился.

— О ком речь?

— О девушке с картины Эдлены. Госпожа М.

Он уставился. Я напомнил:

— Никаких вопросов.

Энтроп издал звук глубочайшей озабоченности моим психическим здоровьем, но и своей безопасностью, вероятно, тоже.

— Мы оставили ее в отеле, где-то на Нижнем пруду. Такой маленький семейный домик… там живет кошка. Девушка в третьем номере, только ключ у Ариадны. И я не помню, сколько мы заплатили. Возможно, там уже никого нет. Но ее надо найти. И куда-нибудь спрятать. Я постараюсь присоединиться после отката, но я… Я не знаю, что будет завтра.

Плюхнувшись рядом, Влад вытянул ноги. Некоторое время он пытался поймать блик глянцевым носком кроссовка, затем вдруг сказал:

— На кухне сидит ваша… Ну, новая главная, получается. По тому, что я подглядел, завтра мало что изменится. Ей очень не очень.

Я бездумно кивнул:

— Поможешь мне?

Влад вздохнул:

— Часть про вопросы – самая сложная. Но в целом…

Он еще немного покачал кроссовкой, затем встал. Прикрывшись ладонью от коридорного света, взглянул мне в лицо:

— Я найду тебя ближе к часу. Норм? Оклемаешься?

— Должен.

Энтроп хотел спросить что-то еще, но передумал. Может, посчитал все сам. Отвернувшись, он побрел к выходу, и я запоздало выдохнул:

— Спасибо.

— Ты спас мне жизнь, – напомнил Влад с порога. – А я знаю, сколько стоит жизнь.

Он исчез, как и появился, тихой черной тенью. Наутро наш разговор имел все шансы оказаться придуманным мной. Я упал на бок и, натянув на голову плед, попытался провалиться в сон. Накатывало волнами, но не полудремы даже, а вязкого, концентрированного бреда. Промучившись минут десять, я перекатился на спину и уставился в потолок. Подумал. Поднялся. То, что я планировал сделать, казалось идиотизмом высшей пробы. Но это я дал Хольду уйти.Я. В каком-то смысле лабиринт стал моей ответственностью тоже.