Книга Приют повышенной волшебности, страница 123 – koteistka

Жак быстро расправился с завтраком, помыл посуду и серьезно посмотрел на нее.

— Госпожа целительница, вы спасли мою жизнь. Вытянули из тьмы и дали тепло. Позвольте мне остаться при вас. До момента, пока я не найду свое место. Мне некуда идти в краю железа и шума. Я могу жить в вашем деревянном сарае.

— В сарае?! — Рита пришла в настоящий шок, удовольствие от похвальбы мгновенно сошло на нет. — Но это же… сарай! Он на ладан дышит

— На ладан дышит? — поразился парень, оглядываясь в сторону, где стоит сарай. — Он живой? Он дышит ладаном? Что это за существо?

— Нет, — рассмеялась Рита, чувствуя, как напряжение вновь уходит. — Это значит, что он старый, полуразрушенный. Сейчас наступила осень. Там холодно, дует изо всех щелей. Ты там просто замерзнешь.

— Я спал на голых скалах в сезон ледяных штормов, — даже не засмеявшись от произнесенного бреда, ответил он. — А что прохудилось — починю. Руки у меня крепкие. Позвольте мне служить вам.

— Служить? Мне?! Да я…

— Он имеет в виду — помогать по хозяйству, — встряла подошедшая Клеопатра, потираясь мордочкой о Ритин подбородок, миска, стоявшая на подоконнике, была пуста. — Ты всех, кому помогала, селила в приюте. Почему Жака выставляешь на улицу? Ему действительно некуда идти, Рита. Мы — его единственные знакомые в этом мире. К тому же… — кошка понизила голос до ментального шепота, "он может подпитывать твою силу"

— Это как мы — единственные? — Рита проигнорировала слова про подпитку, хотя в памяти это отложилось важной галочкой. — У него что, амнезия? Он из другого города?

— Много вопросов, смертная. Считай это одолжением в уплату за мой великий дар.

— Я вообще-то плачу тебе семгой!

— Будешь попрекать едой? При госте? Какое мещанство!

Рита смутилась, потрепала Клеопатру по ушам и поднялась:

— Ладно, Жак. Живи в сарае, если так хочется. И… спасибо тебе, что сварил кашу для животных. Ты этим выручил.

Жак просиял, снова низко поклонился и деловито направился во двор.

* * *

Рита вышла на утренний обход. А через свой лаз уже притопал Маркиз и ждал ее. Девушка насыпала ему каши, присела рядом на корточки и мягко провела ладонью по пушистой спине. Направив крошечную искорку золотого света, подлатала его суставы, убирая новую слабую боль от избыточного веса.

— Ходи каждый день, Маркиз, — ласково шепнула она. — Динамика у тебя отличная, косточки крепнут, скоро и работы у них будет поменьше.

Рита почувствовала, как земля под босыми ногами (она вышла разутая в растерянности, но решила не возвращаться за обувью, чтобы не выглядеть странно перед Жаком), прогретая утренним солнцем после ночного ливня, кажется невероятно надежной и теплой. Посмотрела на свои чистые вольеры, на сытых кошек, на довольного Батона. И зарядилась этим счастьем на день, как магией от существ.

После выгула Батона у калитки ее встретила баба Зина. Соседка принесла кулек мясных обрезков, вновь переданных мясником.

— Ритка, привет, дочка! Вот, обрезки свежие на навар принесла. Толик все спрашивал, что у вас за волшебство творится, в тырнетах, и внук звонил… Слышь… а мне не чудится? Кто это у тебя в сарае орудует? Парень какой-то высокий, плечистый…

— Это Жак, баб Зин, — принялась врать Рита. — Волонтер новый. Приехал помогать с тяжелой работой.

— Француз, что ли? — удивилась соседка, поправляя косынку. — Как он сюда попал-то, в нашу глушь? Я думала, у тебя приют уменьшается, вольеры пустеют… а тут помощь новая прибыла. Ну, тебе виднее. Парень видный, пускай помогает.