Книга Хайноре. Книга 1, страница 114 – Рика Иволка

— Ничего. Я попробую. Она не так идеальна, как… — северянин вдруг замолк, стрельнув своими темными, лошадиными глазами, в Лиру.

— Что? — она снова усмехнулась. — Ты хотел сказать: она не так идеальна, как ты о ней думала, леди Оронца? Она не так идеальна, как внушала тебе?

Биро тяжело вздохнул.

— Не бойся, — Валирейн положила ладонь на его колено. — Я устала прятаться от правды.

Северянин промолчал, мрачно уставившись в огонь. Он, наверное, чувствует себя виноватым, поняла Лира. Думает, что потворствовал лже-ведьме в ее игре с леди Оронца, молчал и ничего не сделал. Что ж, может в том и есть его вина, бессмысленно его утешать и оправдывать. Как он тогда сказал? Мы всегда жалеем о плохих делах, невозможно о таком не жалеть.

Они помолчали, слушая треск огня, стрекот цикад и негромкие разговоры мужчин в телеге. Потом Биро заговорил:

— Я плохо посвящен в планы повстанцев. Так уж у них все устроено, агент знает не больше необходимого, чтобы выполнить задачу. Поэтому точно не скажу, какой путь нас ждет завтра, но… Я думаю, тебе бы понравилось в Корхайме. На Севере… чище. Быть может, когда мы с братом наладим там дела…

Задумавшись, Лира снова уставилась в огонь, понимая, что в голове реет пустота и ни одной толковой мысли. Леди не знала, что ей делать и может ли она вообще распоряжаться своей судьбой. Вернется ли она когда-нибудь к семье? Какие у повстанцев на нее планы? Сможет ли она сбежать и нужно ли это? Теперь у нее два защитника — Биро и конунг, но в то же время — она их ценная пленница… Как же все непросто.

Мысль о том, чтобы побывать на мирном Севере в качестве гостьи походила на мечту. Теплую и пугающую одновременно. Когда-нибудь, когда закончится война, когда все станет проще. Когда-нибудь.

— Знаешь, Ярок Биръёрнсон? Я… наверное, я бы хотела побывать на Севере.

Биро посмотрел на нее с прищуром, а потом улыбнулся и кивнул. Стало теплее, особенно, когда, устав от нелегких мыслей и долгого пути, Лира прижалась спиной к северянину и незаметно для себя задремала. До тех пор, пока чья-то рука не дернула ее плечо.

Лира подскочила от неожиданности, разбудив Биро, и с испугу чуть не вскрикнула. В густой темноте безумно сверкали глаза Альмы, склонившейся над ними и догорающими углями от костра. За ее спиной маячили тени и факелы. Ведьма прижала палец к губам, выпрямилась, а потом громко свистнула:

— Эй! Галлир, сладкая моя розочка! Выходи, пришла твоя награда за верную службу.

В жуткой тишине лесной ночи из телеги послышался шорох.

— Награда? В лесу? Затейница… — Полог настила отдернулся, за ним была только темнота. — Ну иди сюда, награда, я тебя…

Лесную тишину прорезал свист, и темная фигура сира Галлира ухнула с телеги, точно холщовый мешок с яблоками.

— Это все лишние?

Ведьма опустила насмешливый взгляд на них с Биро и кивнула:

— Пока что, да.

Из темноты за спиной ведьмы отделилась пара высоких фигур в плащах. Одна залезла в телегу, закинув за спину арбалет, другая пошла к стреноженным лошадям. Альма снова посмотрела вниз, но уже не на Лиру, а на напрягшегося всем телом Биро.

— И не гляди на меня столь осуждающе, малыш. Ты знал, что так оно и будет. Вставайте. Нас ждут.