Книга Братья, страница 127 – Алёна Шахнина

Я встряхнула головой, прогоняя из головы страх, что был со мной эти дни, и осторожно, бесшумно зашла в палату, думая, что Матвей спит. Но он не спал. Смотрел на меня и улыбался с той нежностью, что мне так нравится. Врач уже сделал ему обезболивающий укол, и я очень надеялась, что ему стало лучше.

Я сидела на стуле и смотрела на Матвея. Он жив, он в сознании и даже набирается сил. На бледном лице появились краска, глаза блестели озорным огоньком, который я так любила. Мы пережили самое страшное, оставив это позади и в памяти, откуда образы буду уходить еще много времени.

— Езжай домой, — сказал Матвей. — Выглядишь очень уставшей.

— Я не могу, — тихо ответила я. — Хочу быть с тобой.

— Тогда иди ко мне. — Матвей приподнял одеяло, я скинула обувь и нырнула к нему.

Аккуратно легла на его плечо, не задевая повязки, он обхватил меня рукой и накрыл нас одеялом. Тепло его тела оказалось таким теплым и приятным, что глаза сами по себе начали закрываться. Усталость, стресс, бессонные ночи легли на меня плотным покрывалом, и бороться со сном больше не было сил. Я положила ладонь на его грудь, провела пальцами по горячей коже и сразу уснула, так и не успев ни о чем подумать.

Я проснулась от шепотов и сдавленных вздохов. Повернула голову в сторону двери и увидела, что к Матвею снова пришли братья, отец и мать. Она с любопытством смотрела на меня, а я на нее. Красивая, молодая женщина с волнистыми волосами и легким макияжем на лице. Глаза серые, хоть как-то разбавляли концентрацию черных глаз в палате. Я столько слышала о ней, ела ее печенье, но увидела в первый раз.

Я вылезла из объятий Матвея и потерла глаза, прогоняя остатки сна.

— Здравствуйте, — сказала я и поднялась. — Я Настя, и я подожду в коридоре.

— Останься, — отреагировал отец, и я замерла у кровати. — Я общался с юристами по поводу твоего брата. Сейчас есть один вариант остановить процесс усыновления.

— Какой? — медленно произнесла я.

— Я приведу твоего отца, и он обратится в опеку, заявит о своих правах на твоего брата. Нам достаточно создать видимость его появления, о чем сообщат семье, и они наверняка откажутся забирать Пашу. Дальше мы уже будем добиваться согласия на передачу под твою опеку. Для этого тебе придется пообщаться с твоим отцом. Согласна на это?

Я закусила губу, раздумывая. Но выбор был очевиден.

— Если бы был хоть какой-нибудь другой вариант, а не общаться с человеком, который бросил нас, который ушел, заставив мать тащить двух детей, что… — я сделала глубокий вздох и выдохнула через сложенные трубочкой губы. Почувствовала, что Матвей берет мою руку и сжала его пальцы. — Что сгубило ее, я бы выбрала его. Любой другой вариант. Но если выбора нет, то и у меня его нет. Ради брата я согласна.

От моих слов мама, что шла к Матвею, остановилась и посмотрела с жалостью в глазах.

— Только я не знаю, где он. Когда умерла мама, его пытались найти, но либо не нашли, либо он отказался. И его лишили родительских прав. Я даже не знаю — жив ли он.

— Жив, — сказал отец братьев.

На самом деле, мне было никак от этой информации, потому что мой отец давно умер для меня.

— Готовь документы, сделаем тебе официальное трудоустройство. Тимур возьмет характеристику в институте. Будем пробовать обращаться в суд.