Книга Уха с расстегаями: Рыбные блюда из своего улова. Секреты удачной рыбалки, страница 80 – Олег Шаповалов

Карп (в старом русском варианте наименования — карпия) — одна из самых сообразительных рыб, обладающих способностями к дрессировке. По свидетельству Аксакова, в Москве прошлого века в Нескучном саду публику развлекали, демонстрируя прудовых карпов, которые собирались в одно место на звон колокольчика. Уже в наши дни на Новолипецком металлургическом комбинате, где под крышей подсобного рыбоводного цеха выращивают в громадных металлических емкостях — аквариумах карпов, довелось наблюдать занятные сцены. Молодые карпики, тычась носами в рычажки специального устройства, приводили в действие кормушку, которая тут же выдавала порцию гранулированного корма. Далеко не всех рыб можно приучить к подобному самообслуживанию!

Карп, менее маневренный и поворотливый, чем другие рыбы, быстрее распознает опасность и реагирует на нее. Он чрезвычайно подозрителен и осторожен, все запоминает, наматывает на свой ус. Впрочем, усов у карпа, как и у сазана, не одна пара, а две, расположены они по углам мясистого рта.

Усы — не просто украшение, а имеют вполне практическое значение. Карп относится к бентофагам, он собирает корм (бентос) в основном со дна водоема. Копаясь в мягком иле, пуская пузыри и, естественно, поднимая изрядную муть, карп в своих поисках более полагается не на зрение, а на обоняние и осязание. Усы играют роль дополнительных рецепторов. Они помогают находить личинок, червей, мелких ракообразных. Крупный карп не упустит случая поразбойничать — схватить малька или даже зазевавшегося пескаря. Мясную кухню прудовые поросята охотно разнообразят растительной, объедая нежные побеги камыша, рогоза.

Карпов, как и растительноядных рыб, вполне можно использовать для борьбы с зарастанием водоемов. Особенно активно налегают они на «салаты» весной, когда пробивается первая придонная зелень, а животного корма еще маловато. Такое пристрастие может быть причиной плохого клева или даже полного бесклевья карпов в эту пору.

Вообще говоря, в кормных водоемах на хороший клев рассчитывать не приходится. Любители легкой поживы зачастую бывают обмануты в своих надеждах, забрасывая снасти в рыборазводные пруды, где рыбе скармливают тонны комбикорма. Занятие это малопочтенное, сродни рыбалке в аквариуме, и уважающий себя удильщик, конечно, до него не опустится.

Однажды, эксперимента ради и, разумеется, с разрешения председателя, попробовали мы добыть карпов на удочку из колхозного пруда. Загадочно улыбнувшись, председатель указал место, где бросали с берега корм для прудовых поросят: «Вот тут и ловите». Здесь и там расходились круги по воде, слышались всплески выпрыгивающей рыбы, а теплый летний вечер располагал к клеву. Увы! Нам не удалось поймать ни одного карпа! Они лишь теребили насадку, не позволяя себя засечь. Привыкнув получать корм в урочные часы, колхозные карпы не испытывали чувства голода и особого желания схватить подозрительного червяка. Так что «барская рыбалка» (конечно, если в ход не пускать сеть, бредень) — занятие не из самых добычливых.

Заполучить в качестве трофея крупного карпа весьма и весьма трудно. Кроме чрезвычайной подозрительности, разборчивости в еде, он еще и силен, как атлет-тяжеловес, шутя рвет и ломает хлипкие снасти. О размерах и весе карпа можно судить по экземплярам, зафиксированным в таблицах европейских и российских рекордов. В 1985 году Н. Образцовым в Белгородской области был пойман карп весом 18,7 кг. Донка, с помощью которой это удалось сделать, была оснащена миллиметровой жилкой. В 1990 году в Белоруссии поймали карпа, потянувшего 17,8 кг, а в 1991 году на конкурс «Комсомольской правды» житель Днепропетровска В. Бобрик заявил 21-килограммового карпа. К сожалению, сазаньи и карповые рекорды зачастую вносятся в одну графу, так что трудно бывает установить, кому принадлежит приоритет. Рекорд Польши, к примеру, 24,6 кг. О карпе или сазане идет речь — неясно.