Онлайн книга «Тень и прилив»
|
И только когда Джоби выводит корабль из тайной бухты, Бриэлль понимает, что на палубе нет девушки-монстра. Бриэлль направляет подзорную трубу на берег. Наверняка ведь они не уйдут без нее? Но Мира все еще там. И клинка ее капает кровь. Повсюду вокруг нее полыхают ящики. Напротив стоит Сет, а между ними – пекло. Мира, напряженная, готовая к броску, делает шаг. Бриэлль затаивает дыхание, гадая, попытается ли девчонка преодолеть огненную стену. Пойдет ли на этот риск. Пойдет ли на убийство. Но тут рядом с ней появляется Элайджа, берет ее за руку, быстро говорит что-то, и тени обволакивают их. Мира отстраняется, глядит на Элайджу Тресильена. И в этот момент сердце Бриэлль подпрыгивает к самому горлу. Глаза Миры – совершенно человеческие. Человеческие – и полны безбрежной, бездонной тоски. У Бриэлль перехватывает дыхание. Это выражение, эта скорбь ей слишком хорошо знакома. Такую же скорбь она лелеяла сама, до того дня, как выследила виверн в мире снега и льда – и убила их. Только после этого ее отпустило. Только после этого она смогла двигаться дальше, позволив измученной душе исцелиться. Эта тоска – ее собственная. Бриэлль смотрит, как тени проглатывают Миру с Элайджей и как парочка вновь появляется на палубе «Фантома» через считаные секунды. Охотница крепче сжимает подзорную трубу. Ей нужно увидеть лицо Миры. Увидеть в последний раз человечность в ее чертах. Но «Фантом» идет слишком быстро, несомый каким-то призрачным течением, и Бриэлль опускает трубу. Она не знает, что делать с этой молодой женщиной, убийцей, чудовищем. Но кое-что о ней она узнала. Узнала ее гнев, ее горе. Узнала в ней – себя. Бриэлль скачет всю ночь и большую часть следующего дня, возвращаясь в Хайборн после полудня. Ноги затекли и гудят от слишком долгого пребывания в седле, ей ужасно хочется принять ванну и поесть горячего. Но минувшая ночь не отпускает ее. Ей нужно повидаться с приемной матерью, малефантой. Дотошная помощница мал таращит глаза, замечая шагающую по коридору Бриэлль, и быстро, прежде чем впустить ее внутрь, стучится в дверь кабинета малефанты. Бриэлль опускается в одно из кресел напротив стола мал, вдыхает знакомый запах пергамента. Хиллари Тресильен, миниатюрная ведьма со светлыми, как у ее сына Кадена, и совсем не такими, как у ее дочери Лори, волосами, собранными в тугой пучок, оттягивающий кожу на висках, бесстрастно смотрит на охотницу. На ведьме, как обычно, строгая темно-серая кофта и шерстяная юбка, на которых нет ни единой болтающейся нитки, ни единой морщинки. Бриэлль кажется, что она неподвластна времени, словно хранит все тайны мира, оберегая каждую мелочь, подобно огнедышащему дракону, – лишенная возраста, недосягаемая, непоколебимая и совсем не похожая на мать. Бриэлль же, напротив, существо из плоти и крови, пахнущая лошадью и влажной травой, с волосами, выбивающимися из кое-как заплетенной косы… Малефанта приподнимает брови: — Ну? — Она не такая, как я ожидала, – тихо признается Бриэлль, беспокойно барабаня пальцами по бедрам. Она всегда чувствует себя неуютно рядом с малефантой несмотря на то, что та ее вырастила. Особенно высказывая свое мнение. – Я не думала, что она окажется настолько… человеком. — Однако она убивала других людей, убивала с безжалостностью, присущей сиренам. Ты не согласна? Наверняка, наблюдая за ней, ты видела тому свидетельства. |