Книга Первая земля, страница 29 – Ками Мёрдок Дженсен

Удовлетворенная своим представлением об идеальной ночи, я приоткрыла дверь. В космос. В буквальном смысле этого слова. Передо мной простирались бесконечные просторы открытого пространства. Миллиарды звезд мерцали самыми разными оттенками и интенсивностью. Туманности, планеты и светящиеся луны освещали черное небо, заливая его яркими красками. Самое удивительное заключалось в том, что все они находились достаточно близко для того, чтобы можно было разглядеть каждый кратер или кольцо астероида без телескопа. Это было поистине впечатляюще, совершенно непохоже на уютную спальню, и являлось последним, чего я могла ожидать.

Я шагнула за порог. Там было тепло и хорошо дышалось, а шарф парил передо мной, более не подверженный гравитации.

— Кажется, я все сделала неправильно, – сказала я, открыв дверь полностью и демонстрируя место Темнону.

— Ого, Фулкрум? Не торопись заходить туда! – предупредил он.

— Почему? Это может быть опасно?

— Нет, и да.

— Тебе нужно быть более последовательным, – посетовала я.

— Прости, я просто удивился, что Фулкрум открылся для такого новичка, как ты. Туда могут попадать только сильнейшие волшебники, да и то некоторые после не возвращаются.

— Как это?

— Маги часто бывают слишком измотаны или растеряны. Иногда они ступают на Тропу Джента и попадают в другой мир. Ведь легче попасть на Тропу, чем выбраться с нее.

— Так вот где затерялся мой Эфирный камень? – Горло сжалось от подступившей паники. – Он попал в другой мир? Нам никогда его не найти…

— Быть может, Неманчия непреднамеренно оказала нам услугу, – задумался Темнон. – Она способна совершать невиданные доселе деяния. Если она нашла его, то мы можем украсть его обратно и отправить тебя домой. А пока спи. Закрой дверь и загадай себе постель.

— О. Ладно.

Я не смогла скрыть своего беспокойства. Мне больше не хотелось посещать диковинные миры, хотя бы до завтра. А вот парение в невесомости в открытом космосе представлялось мне поистине божественным. Без шуток.

Темнон заколебался, увидев мое осунувшееся лицо.

— В конце концов, Фулкрум сам пригласил тебя, – подумал он вслух, – но, возможно, я мог бы…

Парень стянул с меня шарф, а с его пальцев сорвались золотые искорки, закружившись по шелковым нитям. Шарф превратился в длинный розовый шнурок, и Темнон привязал один конец к дверной ручке, а другой – к моему запястью. Его пальцы, соприкоснувшиеся с моей кожей, были теплыми и мягкими.

— Не хочу снова потерять тебя, – пробормотал он.

Немного смущенная тем, как на меня подействовало его прикосновение, я отстранилась от него и шагнула в открытое пространство. Все давление на мои сверхчувствительные нервы и шрамы тут же исчезло. Боль в ногах утихла, а усталые мышцы расслабились. Все мое тело ликовало, пока многочисленные микро-массажеры снимали с меня напряжение.

Фулкрум стал моим новым любимым местом. Нет, даже не так – моим новым любимым всем.

— Здесь так тепло. И спокойно.

Я вздохнула, с наслаждением пошевелив пальцами ног.

— Это все магия. Но будь осторожна, здесь она чрезвычайно мощная. Возвращайся в дом, если тебе станет не по себе.

— Хорошо, дог… – пробормотала я, но мой рот оказался слишком уставшим, чтобы закончить фразу, а глаза закрылись сами по себе.

Мне снились мама и доктор Бьюкенен, плавающие в океане с искрящимися золотыми волнами. К ним подплыла акула с фиолетовыми волосами.