Книга Смерть придёт на лёгких крыльях, страница 37 – Анна Сешт

— Ну так все же… что это за девушка? – с интересом спросила она.

— Я помог ей и защитил. Усерхат просил за ней приглядеть. Я толком не успел ее узнать. Она жрица Инпут.

— Ах вот оно что! То-то собаки наши так оживились, даже старый Пенек. Хоть и странно это все выглядело, конечно. Теперь сплетен не оберемся.

— Ну о чем-то ведь соседям надо поболтать, – усмехнулся Нахт. – Не так уж много у нас тут происходит.

— Да лучше б так подольше и оставалось! Мы уже успели полюбить покой. Увлекательные приключения они, знаешь же, только в историях хороши. А как оказываешься в них вовлечен – то мечтаешь о тепле домашнего очага, а вовсе не о том, чтоб стать героем легенды. Хотя по юности все мы, конечно, считали иначе, – она улыбнулась. – Значит, жрица Инпут. Симпатичная вроде. Отмыть только и откормить немного, чтоб не была совсем как псина тощая. А так, может, и останется с нами совсем, подсобит Имхотепу с его лекарскими делами. Он давно себе учеников искал, да все как-то не ладилось. У нас же тут чуть ли не рождаются с оружием в руках.

— Как всегда загадываешь далеко наперед, – усмехнулся Нахт.

— А как же иначе? Всегда так делаю, иначе не умела б вести хозяйство, особенно в целом гарнизоне… Ох, да ты уже совсем засыпаешь! Ты как, здесь сегодня переночуешь, или к себе пойдешь? Давай-ка я тебе постелю, и завтра спи хоть до полудня.

Нахт, подавив зевок, кивнул. Ему и правда хотелось остаться.

1-й год правления Владыки Рамсеса Хекамаатра-Сетепенамона

Шепсет

Может, отвары Имхотепа были так хороши, а может, сказывалось то, что ночевала она наконец не в чьей-то гробнице, но в эту ночь сны Шепсет были приятными и безмятежными. Никаких видений, наполненных голосами Тех,словно над ней в самом деле сжалились и дали немного отдохнуть. Никаких страшных предзнаменований. И даже присутствие Богини немного отступило, оставляя неизменное чувство защищенности, но не обдавая привычным дыханием Той Стороны.

Ей снились пение птиц и ароматы плодовых деревьев. Усыпанные чистым просеянным песком тропинки в зарослях, по которым так приятно было пройти босиком. Тихие переливы арф и ласковый солнечный свет. Было так спокойно и правильно, и вместе со светом солнечной ладьи егоприсутствие озаряло землю – незыблемая Сила, бросить вызов которой никто не мог. Могучий воин и незыблемый защитник. Живое Божество и… человек, уставший от своих свершений, находящий отдых в самых простых вещах, радующийся искренности вместо вездесущей лести.

В ее снах онбыл там, в этих садах, у ярких расписанных искусными рельефами стен своего храма, хранившего историю всех его побед. Казалось, стоит сделать каких-то несколько шагов, протянуть руку, и она сможет догнать его, но…

Родной голос стал шелестящим шепотом, ласковым ветром среди ветвей, разносившим сладкие ароматы.

«Найди… найди…»

Шепсет не хотела просыпаться. Хотела остаться там, рядом с ним, где было правильно.Пробуждение несло с собой муку памяти. Воспоминания, запертые надежно, как в гранитном саркофаге, настойчиво скреблись о крышку, грозя расколоть камень. Даже дышать было больно, и горло сдавливали слезы, которые она не считала себя вправе проливать. Проснувшись, она укусила себя за кулак, чтобы не позволить своей скорби вырваться ни единым звуком. Так и лежала, свернувшись калачиком, лицом к стене, пока не почувствовала спиной тепло тела.