Книга Смерть придёт на лёгких крыльях, страница 36 – Анна Сешт

— Шел бы ты сам отдохнуть, мальчик. Хоть и крепкий, точно бык, но все ж прислушиваться к нуждам тела надо вовремя, а то потом будет поздно.

Выслушав привычное напутствие целителя, меджай чуть поклонился и покинул дом. Наблюдения Имхотепа только добавили вопросов, которые и без того множились, словно саранча.

— Боги, Нахт, ну неужели, наконец, дошел до меня! – всплеснула руками госпожа Садех, встречая его на пороге. – Давай-давай, проходи же.

— Я сегодня ненадолго, – смущенно улыбнулся меджай, обнимая женщину.

Она всегда пахла медом и выпечкой, такая теплая, словно наполненная солнечным светом.

Родом Садех была из южных сепатов, что ближе к царству Куш, и кожа у нее была еще темнее, чем у Нахта, а черные волосы вились мелкими кольцами. Ростом она была невысокая, под стать своему супругу, округлая, как статуэтки богинь плодородия из далеких краев, и очень красивая этой своей необычной красотой.

— Ну а как же покушать? Мой Усерхат ведь не заставил тебя докладывать на голодный желудок?

— Нет-нет, мы плотно поели.

— Славно. Но от сладких булочек ты еще никогда не отказывался. Сегодня с инжиром. Садись.

Садех утянула его вглубь дома, сломив любое сопротивление. Да и кто в здравом уме мог отказаться от ее угощения? Она пекла лучше всех на обоих берегах Уасет, в этом Нахт был совершенно уверен. И надо же, как странно совпало… именно пышными булочками с инжиром Садех когда-то соблазнила мальчишку, горевавшего по отцу и твердо вознамерившегося отправиться в Дуат следом, хотя бы притронуться к еде.

Голос хозяйки лился как быстрый поток – глубокий, убаюкивающий, – пока она рассказывала Нахту о новостях у соседей, о том, как быстро в этом году сходит половодье, и о прочих житейских вещах. Он слушал вполуха, просто наслаждаясь ее заботой и окружающим уютом, знакомым с детства. Стены украшали яркие драпированные полотна, каждое подобрано со вкусом. Циновки, на которых они сидели, были плотными и мягкими. Экзотические расписные вазы, стоявшие по углам и под окном, навевали мысли о дальних странствиях, откуда купцы привозили самые необычные товары. На маленьком домашнем алтаре, посвященном Хатхор^[42]и Бесу^[43], горел светильник и курились благовония.

Нахт был дома. Именно сейчас, сидя рядом с Садех, жуя одну из ее восхитительных булочек и слушая местные сплетни, он осознал это наиболее полно.

— А кого ты к нам привел? – вдруг спросила она, лукаво сверкнув агатовыми глазами. – Неужто невесту себе нашел?

Меджай, уже начинающий клевать носом, аж проснулся и едва не поперхнулся инжирной начинкой. Женщина заботливо похлопала его по спине.

— Ну-ну, нечего так волноваться. Давно тебе пора, ведь молодость не будет с тобой вечно. Я правда думала, что тебе больше по душе девушки вроде меня, – она заразительно рассмеялась. – Помнишь, как ты сказал мне, что подрастешь и непременно на мне женишься? Хотя мой Усерхат, конечно, был бы против.

— И ты тогда ответила, что лучше будешь мне доброй тетушкой. Или с гордостью стала бы мне матерью, если б Боги распорядились иначе, – Нахт тепло улыбнулся, коснулся губами ее родной ладони. – Конечно помню. И до сих пор считаю тебя самой чудесной женщиной во всей Кемет.

Садех ласково погладила его по щеке. В уголках глаз пролегли морщинки, и воин отказывался видеть, что с каждым годом их становится все больше.