Книга Выбор богов. Книга 3, страница 97 – Анна Сешт

Эта битва выматывала его. Необходимость защищать и себя, и своего «противника», пожирала все его ресурсы. Он не имел права проиграть! Тогда всё окажется зря – всё, к чему он стремился! Но как преломить ход боя?..

Запоздало, точно из другой жизни, пришло имя, оброненное как-то Перкау.

Ключ.

В следующий миг Колдун снял все защиты и открылся ревущему огню. Пламя вторглось в его существо, грозя сокрушить всё, что составляло его личность. Но в тот же самый ослепительный миг слитого в смертоносном объятии восприятия он увидел недосягаемое сознание Избранника. И устремился к нему, обратившись в одно единственное слово:

«Тэра!»

Он почти физически ощутил, как изменился вдруг ритм и голос самой бури, а в плавящий бытие жар Первородного Пламени вплелась прохлада далёких теней. Чужая воля, схлестнувшаяся с его, сплавленная с ним воедино, отшатнулась, освобождая его.

В утихающем огне снова проступили очертания привычной реальности и их смертные формы. Роняя жидкий огонь, точно кровь, Избранник отступил, пошатнулся, и вдруг вскинул свободную руку. Только сейчас Колдун увидел браслет-оберег, мягко мерцавший – точно лунный свет среди кроваво-алого огня. Взгляд Воина Сатеха потух, став почти смертным, а потом и вовсе померк.

Маг бросился вперёд, подхватил его, не позволяя упасть, аккуратно опустил на землю, заслоняя уже их обоих от успокаивающейся стихии. Смерч опадал, словно впитываясь в расплавленный песок, и наконец ночь, живительно прохладная, сомкнулась вокруг них. Колдун откашлялся, судорожно вздыхая, позволяя телу вернуться к привычным ритмам жизни. Они оба едва не перешли в иное состояние существования – маг прекрасно осознавал это. Но он рискнул бы снова, повторил бы то же самое, если б возникла необходимость.

Колдун коснулся кончиками пальцев шеи Избранника, нащупывая пульс. Слава Богам, жив. И обжигающий жар сходил, делался обычным, доступным смертному телу. Теперь бы доставить в безопасное место – едва ли произошедшее осталось незамеченным для патрулей из гарнизона.

Ануират неуверенно подступали к границе, держа оружие наготове. Вот ведь упорные создания!

— Принеси воды, – устало велел Колдун одному из воинов, пока тому не пришло в голову снова пустить в дело хопеш.

Псоглавый застыл, не ожидая такой наглости, как приказ от «Сатеховой твари».

Маг поднял взгляд, посмотрел на второго:

— Если ты из вас двоих посообразительнее – то ты принеси.

Ануират переглянулись. Колдун закатил глаза, подавляя простое желание взвыть в голос. К счастью, псоглавые оценили обстановку и флягу всё же подали – причём даже открытую. Маг сбрызнул водой лицо царевича, осторожно влил немного меж его сомкнутых губ. Закашлявшись, Хэфер пришёл в себя, сфокусировал взгляд… и резко сел, оттолкнув от себя Колдуна. Тот чуть улыбнулся и произнёс:

— Добро пожаловать на Берег Живых, мой Владыка.

Лезвие хопеша Ануират вдруг оказалось у его горла. Маг вздохнул, чувствуя накатившую от усталости апатию, пополам с невероятной радостью. Раз уж буря Сатеха его не убила, то где там псоглавому. Медленно, чтобы лишний раз не раздражать воина, он поднял флягу и отхлебнул, потом выжидающе посмотрел на царевича.

Лицо Хэфера было непроницаемым, глаза чуть мерцали золотом – не золотом Эмхет, красноватым золотом Сатеха.