Книга Наследники Императора, страница 215 – Анна Сешт

К воротам направлялся солдат, облачённый в чистую тунику и лебайский доспех – колоколовидный панцирь из тонких бронзовых пластин и открытый круглый защищавший скулы шлем, инкрустированный костяной имитацией кабаньих клыков^[38], – с коротким мечом на поясе и круглым щитом за спиной. Он совершенно не выглядел замученным и изголодавшимся, но его взгляд выдавал даже не тревогу, а некое усталое принятие собственной судьбы. Прикрыв ладонью глаза от мягкого утреннего солнца, солдат посмотрел на частокол, из прорезей в котором на него уже были направлены стрелы, и на две крытые сторожевые вышки у ворот.

— Я – Аминитис, сын Кефия, командир одного из отрядов Леддны, – возвестил солдат, распрямляя плечи. – Пленён воинами царевича Таур-Дуат у границ Империи около пяти седьмиц назад. Нас послали прогнать имперских солдат… и сжечь принявшую их деревню. Сиятельный царевич сохранил мне и моим товарищам жизнь, и я несу в Леддну его слово. Я прошу градоправителя Леддны, славного Ликира, сына Фотиса, – на слове «славный» он поморщился, – выйти к воротам города до полудня. Царевич привёл своё войско к стенам Леддны. Сегодня он будет говорить об условиях.

За воротами загудели возбуждённые голоса. Солдат облизнул пересохшие губы и хрипло повторил:

— Прошу… пусть придёт.

Он ждал, но ответа так и не было. Оставалось только надеяться, что гонца уже выслали во дворец.

— Аминитис, ты не похож на раба, – крикнули ему слева, из-за частокола. – При тебе твоё оружие. Почему говоришь за рогатых, а не сражаешься с ними? Или мать твоя так часто лизала им хвосты, что ты не в силах поднять на них меч?

Рука солдата метнулась к клинку, но он остановил это движение и сплюнул себе под ноги, пробормотав несколько проклятий.

— Да провались шакалий сын Ликир со своими приказами! Если он не придёт, и некому будет выслушать слова царевича, рэмеи сравняют Леддну с песком. Умоляйте его, как хотите, чтобы поднял свою разжиревшую задницу и явился к воротам! Я говорю как тот, кто много лет защищал эти стены. Помогите сохранить город в целости.

Он не был красноречив, но как мог точно рассказал о нападении на лагерь и деревню и о своей жизни рядом с рэмеи. Ответом ему был только нарастающий тревожный гул голосов. Аминитис ждал. Он уже отчаялся и развернулся было, чтобы уйти, когда его окликнул Савис, новый командир стражи – тот, что сменил на посту объявленного преступником Никеса.

— Аминитис!

Солдат обернулся через плечо и хмуро посмотрел на ворота. Савис стоял на одной из сторожевых вышек и смотрел на него пристально и отчаянно.

— Ликир придёт!

«Даже если нам придётся притащить его», – осталось невысказанным. Аминитис усмехнулся и кивнул, а потом коротко отсалютовал командиру в знак уважения. Савис поспешил отсалютовать в ответ.

⁂

Ренэф сам правил колесницей. Пара вороных, чьи головы были украшены золочёными перьями, а спины – сине-золотыми попонами, царственно вышагивали по каменистой земле. Царевич стоял с гордо расправленными плечами. Небольшая диадема со змеедемоном украшала его лоб поверх клафта – знак высочайшего положения, как и защищающие крылья Богини на его нагруднике. Взгляд юноши, твёрдый, уверенный, излучал силу, а молодое лицо было спокойным и непроницаемым, как у статуи. Он пришёл в своём праве – не просить, но обозначить свою позицию.