Книга На червленом поле, страница 29 – Мария Воробьи

Папа Александр промолчал. Он смотрел на север, и ветер слезил ему глаза.

— Это будет трусостью, – возразил Сезар. – Замок Святого Ангела^[14] хорошо укреплен. Мы сможем долго продержаться. А пока наши союзники склонят сердца колеблющихся, мы разошлем гонцов, что святой отец всех христиан находится в опасности.

— У Карла с собой новые бомбарды, которые, говорят, легко прошибают стены и ровняют башни с землей всего за три дня. У него много пушек, пищалей и фальконетов^[15]. Колеблющиеся будут слишком долго думать и слишком долго слать нам свои подкрепления.

— Быть может, отлучить его от церкви, отец? – спросил Сезар.

— Надо просто вызвать короля на поединок, – вдруг сказал молчавший до того Джоффре. – Один на один. Если он победит, то мы позволим ему пройти сквозь наши земли без борьбы до самого Неаполя, как он хочет… Или даже пусть сразится с королем Неаполя сам: и кто победит, тот пусть и правит Неаполем.

Хуан взглянул на Сезара: в его взгляде сквозила насмешка над маленьким братом. Но Сезар не ответил на его взгляд. Тогда Хуан продолжил:

— Я смогу отправиться в Испанию и там попрошу помощи у родичей моей жены. Она королю – двоюродная. Я оставил ее в тягости, пусть припадет к царственным ногам – король не откажет родне, а королева, сама родившая пятерых, не откажет молодой матери.

Тут Александр наконец повернулся к своим сыновьям.

— Поезжай, – сказал он Хуану, – поезжай к своей жене и своему герцогству. Поезжай сегодня. Я напишу испанскому королю и его королеве письма, и ты вручишь их и дождешься ответа. Требуй от них ответа, не зря же их называют Католическими королями, их – Фердинанда и Изабеллу. А что до жены… Пусть будет мне к первым морозам готов внук. Пиши мне обо всем, и об этом – тоже пиши.

Александр обвел сыновей взглядом. «Тебе не хватает храбрости», – хотел он сказать Хуану. «Тебе не хватает смирения», – хотел он сказать Сезару. «Тебе не хватает зрелости», – хотел он сказать Джоффре. Вместо этого он сказал другое, а они слушали почтительно и молча:

— Мы не станем бежать: тогда, оставшись в Риме, наши враги, кардиналы Орсини, делла Ровере и преданные им, попробуют сместить нас. Попробуют доказать, что назначение было проведено против правил, что кого-то смутил злой дух… Особенно тех, кто умер уже и не ответит. Они скажут, что я недостоин тиары. Тогда на весь зримый мир опять придет страшный церковный раскол. Но сражаться мы тоже не будем, потому что нам не выдержать их напора: войско французского короля велико, и его ведет Людовико Сфорца. Он знает и Италию, и Рим – и замок наш падет прежде, что вести об осаде достигнут наших союзников. Нет. Мы откроем ворота и пустим войско короля на постой. Мы примем его как христианнейшего монарха и позволим ему облобызать наш перстень. Мы будем говорить с ним и отвечать ему уклончиво, ни «нет», ни «да» – так пройдет время, а время здесь главный наш союзник. Король Неаполя соберет армию, король и королева Испании внимут мольбам жены Хуана.

После этого все молчали: так решил отец.

Хуан отправился в плавание на закате следующего дня, а остальные принялись готовиться к приходу французов.