Книга Бедная родственница, страница 107 – Лина Хост

После танцев объявили перерыв. Дамы разошлись по своим комнатам, мужчины потянулись на балкон — курить, говорить ни о чём, наслаждаться прохладой. Эдвин, воспользовавшись паузой, вышел на балкон. Ему нужен был воздух. Ему нужно было хоть на минуту перестать смотреть на неё и вспомнить, кто он такой и что он себе обещал.

На балконе обнаружился Арчибальд — тот стоял, привалившись плечом к колонне, и неторопливо курил сигару, выпуская дым в вечерний воздух.

Эдвин помолчал, глядя в темноту сада. Потом сдержанно заговорил, тщательно подбирая слова:

— Арчибальд, возможно, это покажется поспешным вопросом. И слишком личным. Но я предпочту ясность. Моя племянница, Элизабет. Как вы её находите?

Арчибальд затянулся, не торопясь с ответом. Выпустил кольцо дыма, проследил за ним взглядом и только потом повернулся к Эдвину, чуть прищурившись:

— Она мила, Эдвин. Милая девушка. Но ты ведь спрашиваешь меня не об этом, — добавил он, и в его голосе послышалась лёгкая усмешка. — Ты спрашиваешь, не желаю ли я попросить у её матушки руки.

Эдвин осторожно кивнул, не отводя взгляда. Арчибальд усмехнулся шире, покрутил сигару в пальцах, разглядывая тлеющий кончик так, будто именно там содержался ответ на все вопросы.

— Скажем так… милых девушек предостаточно.

Эдвин нахмурился. Лиззи не была «просто милой девушкой». Она не была кокеткой, пустышкой, одной из многих. Но он промолчал, сжав челюсть и позволив Арчибальду договорить.

— Она из хорошей семьи, — продолжал тот, — и это всё ещё имеет значение в наше время. Но…

— Но? — переспросил Эдвин, чувствуя, как внутри начинает подниматься что-то неприятное.

— Капитализм, дорогой Эдвин. Индустриализация. Эпоха перемен. Хорошая фамилия — это не всё. Это может быть полезно, безусловно. Но этого недостаточно.

— К чему ты клонишь? — Эдвин помрачнел ещё сильнее, скрестив руки на груди.

— Они бедны. У них долги.

— У них нет долгов, — перебил Эдвин, и голос его прозвучал жёстче, чем он рассчитывал. — Их дела идут не лучшим образом, это правда. Но они живут честно и просто. Без долгов.

— Да, — Арчибальд кивнул, затушив сигару о перила с ленивой небрежностью. — В том числе благодаря твоей помощи.

Он дружески похлопал Эдвина по плечу, как будто речь шла о пустяке.

— Вот если бы, допустим, дядя, который так переживает о судьбе племянницы, добавил ей наследство…

Эдвин молчал. Он, разумеется, помог бы со свадьбой, с расходами, с чем угодно, но Арчибальд говорил не об этом. Арчибальд говорил так, словно торговался за лошадь на ярмарке, прицениваясь и прикидывая, стоит ли вложение того.

— Ты не нуждаешься в деньгах, Арчибальд, — сказал Эдвин тихо. — Ты можешь жениться на ком угодно.

— Могу, — согласился тот легко. — И ты — мой друг. Но…

— Я не обсуждаю причины, по которым моя личная жизнь устроена так, как устроена, — отрезал Эдвин.

— Красивых и бедных девушек слишком много, — Арчибальд пожал плечами, глядя в сад. — Я могу взять любую, если рассуждать здраво.

Эдвин выпрямился, стиснув зубы так, что заныли скулы. Ему стоило огромных усилий не наговорить лишнего. Его друг — человек, которого он знал много лет, которому доверял, — только что низвёл Элизабет, эту девушку с чудесным воспитанием, со светлой душой, с живым умом и безупречными манерами, до… товара. До строчки в бухгалтерской книге.