Книга Попаданка в тело уборщицы. Хозяйка дворцовых тайн, страница 88 – Виолетта Вейл

Я смотрела на него и понимала: да. После архива, после запечатанного уровня, после попытки взять меня под тихий состав и после этой записи мы уже не на стадии догадок. У заговора появилось старое имя. И, что хуже, родовая линия.

— Значит, Северайн знает, что она продолжает, — сказала я.

— Или думает, что продолжает, — возразил Кайрен. — Люди редко бывают наследниками идеи так чисто, как им хочется. Чаще они просто хватают удобный обломок и уверяют себя, что поняли целое.

— Это делает её менее опасной?

— Нет. Только более самоуверенной.

Тирен наклонился к карте нижних ходов и ткнул пальцем в один из секторов под западным крылом.

— Если они раскручивают старую схему всерьёз, им нужна не только дверь и круги. Им нужен доступ к месту, где раньше держали подготовленных. А часть таких комнат была не на главном запоре. В боковых секторах. Вот здесь и здесь.

Я подошла ближе. На карте, нарисованной от руки, боковые комнаты были обозначены не словами, а знаком чаши с коротким штрихом рядом. Их было три. Одна — там, где мы вчера нашли пустую комнату с кольцом в полу. Вторая — глубже, под старой купальней. Третья — почти под личными покоями западного крыла.

— Значит, не одна комната, а сеть, — сказала я.

— Я же говорил, — мрачно отозвался Тирен. — Это был целый механизм.

Кайрен провёл пальцем по последней отметке на карте.

— Под западным крылом. Вот почему они так вцепились в него.

Я почувствовала, как внутри снова поднимается холод.

— И Мара увидела один из этапов. Не случайный ритуал, а подготовку.

— Да, — сказал он. — И потому её не просто решили убрать. Её решили сначала использовать. Вдруг успеют вытянуть то, что она уже связала.

Комната замолчала. Я смотрела на старую карту, на сложенный лист с именем, которое нельзя произносить, и вдруг поняла ещё одну вещь. Если запись Брессы предупреждала не допускать крови трона к нижнему запору без свидетельницы, значит, у старой службы была конкретная роль в защите династии. Не декоративная. Критическая.

— Хранительницы были страховкой, — сказала я. — Не просто уборщицами магической грязи. Они должны были подтверждать, что кровь трона не тронута в ритуале. Без них доступ был опасен даже для тех, кто наверху.

Кайрен медленно кивнул.

— Именно поэтому их и ломали первыми. Если убрать свидетельниц, любой ритуал можно назвать законным задним числом.

— И поэтому остатки службы спрятали вниз, в серые передники, — добавил Тирен. — Чтобы последние, кто ещё что-то чувствует, сами не понимали, кем были раньше.

Я вдруг очень ясно вспомнила Марины — нет, уже почти мои — руки, натёртые водой, тряпкой, щёлоком. И старую Брессу, которая говорила, что не всякую пыль можно смыть водой. Тогда это было не просто уроком ремесла. Это было последней попыткой оставить живой ключ там, где никто не станет его искать.

— Что дальше? — спросила я.

Кайрен ответил не сразу. Он смотрел на лист с именем, которое нельзя произносить, так, будто мысленно уже переносил его в цепочку лиц, приказов и комнат наверху.

— Дальше нам нужно понять, где именно сейчас находится тот, кого готовят как Второй Сосуд, — сказал он. — И кто должен стать Первым. Без этого всё остальное — только старая страшилка, как бы убедительно она ни выглядела.

— Наследник? — тихо спросила я.