Книга Мы, которых не было, страница 140 – Хелен Либерти

Между нами становится невыносимо тесно. Ее грудь прижимается к моей, тело выгибается навстречу, и я ловлю тихий, приглушенный стон, который она пытается сдержать в себе. Этот звук проходит по мне током прямо в низ живота.

Мы отрываемся друг от друга только когда снова раздается объявление о посадке. Она тяжело дышит, прячет лицо у меня на груди, прижимаясь щекой к сердцу, которое колотится как бешеное. Я обнимаю ее еще крепче, вдыхая запах ее волос, и думаю только об одном:

Как же я, блядь, ее люблю.

Провожу губами по ее виску, по волосам, коротко целую в уже припухшие губы.

— Береги себя, — шепчет она.

— Ты тоже.

— Братишка, давай там без приключений, разберись со своими делами и возвращайся, — Дашка подходит сзади и хлопает меня по плечу.

— Может, обнимемся?

— А ты думал, я тебя просто так отпущу? — щурится она.

— Даже не рассчитывал.

Рыжик обнимает меня так крепко, словно пытается оставить в себе частичку. Я обхватываю ее в ответ, прижимаю к груди и на секунду закрываю глаза. За это время мы снова стали теми, кем были раньше — братом и сестрой, которые всегда прикрывают друг друга.

Кирилл подходит ближе и крепко сжимает мое плечо.

— Погнали, брат.

Мы прощаемся. Даша все еще держит Милену за руку, не хочет отпускать. Наконец отходим к выходу на посадку.

В самолете сидим молча. Кирилл у иллюминатора, я у прохода. Он первым нарушает тишину.

— Ты как?

— Хреново, — коротко отвечаю я, закрывая глаза. — Если все вскроется… она это не примет.

— Разберемся, — спокойно говорит он. — Для этого и летим.

Самолет начинает разгон. Тревога медленно царапает по нервам, не давая нормально выдохнуть. Слегка потряхивает. Понимаю: как бы я ни пытался держать все под контролем, не все зависит от меня.

Достаю телефон, пока ловит сеть, и быстро набираю:

— Мы взлетаем. Люблю тебя.»

Отправлено.

Самолет набирает высоту. Сначала пересадка в Москве, потом прямой рейс до Чикаго. Место, где все должно наконец закончится.

Милена

Май 2018

(Настоящее время)

«Мы взлетаем. Я люблю тебя».

Проходит, наверное, минут тридцать после его сообщения, а я все еще стою на том же месте, где мы попрощались, и смотрю на стеклянные двери, за которыми он исчез. Тревога нарастает внутри, сдавливает грудь. Сколько ни пытаюсь вдохнуть глубже — не помогает.

— Мил, ты чего плачешь? — тихо спрашивает Даша, обнимая меня за плечи.

Я не сразу понимаю, о чем она. Провожу пальцами по лицу и только тогда чувствую, что щеки мокрые.

— Я не плачу, — выдыхаю, хотя голос предательски дрожит. — Просто… накрыло. Мы ведь совсем немного были вместе. А сейчас такое ощущение, что я снова возвращаюсь в то время, когда его не было рядом.

Даша ничего не отвечает, только крепче прижимает меня к себе. От этого тепла становится чуть легче. Я снова смотрю на двери, словно он может внезапно выйти обратно, словно все можно отмотать назад. Но, конечно, никто не выходит. Они уже улетели.

— Да не накручивай себя, — говорит Дашка, слегка встряхивая меня. — Вернутся они, куда денутся. Сашка тебя точно не отпустит.

Я выдыхаю и провожу ладонями по щекам, стирая следы слез.

— Ты права. Поехали домой.

— Давай ко мне? — предлагает она, глядя щенячьими глазами. — Няню проводим, уложим Антона и устроим нормальный девичник с вином и вкусняшками?