Книга Мы, которых не было, страница 137 – Хелен Либерти

В тот момент, когда она училась выживать и тащила себя сама, я жил в совсем другом мире. Где деньги, возможности и связи всегда были под рукой. И в этот момент я особенно остро понимаю, насколько разной у нас была жизнь.

Она с такой гордостью рассказывает о детях, с которыми работает, что сразу видно — она на своем месте. Спрашиваю про хобби — фанфики, но она только отмахивается: это уже в прошлом. Теперь ей ближе читать, чем писать. Я и сам это вижу — в ее комнате стеллаж забит книгами под завязку.

Я готов слушать ее часами. Но рано или поздно разговор возвращается ко мне. И вот тут уже сложнее. По сути, мне нечего ей рассказать, кроме того, что закончил универ и с головой ушел в отцовский бизнес. Без деталей, которые ей лучше не знать.

Один раз она спросила про Сафронова и отца. Пришлось тогда соврать. И этот разговор мне, честно, совсем не понравился.

— Саш, а твой отец занимался криминалом? — вдруг произносит она.

— Нет, — нагло вру, даже глазом не моргнув. — С чего ты взяла?

— Просто вся эта история с Сафроновым… он угрожал моей семье. Я подумала, что он может быть связан с чем-то таким.

— Нет, отец не был связан с криминалом, — говорю обнимая ее глядя прямо в глаза. — Но у Сафронова были свои связи. В девяностых он ими активно пользовался.

— Ладно… просто я боялась, что ты тоже можешь быть с этим связан.

Вот это уже хреново.

— В смысле?

— Ну… я бы не смогла быть с человеком, который занимается чем-то не законным или который убивает людей, — пожимает плечами.

— Есть полицейские, которые тоже убивают, — усмехаюсь, пытаясь перевести все в шутку. — Ты бы не смогла быть со мной, если бы я был полицейским?

— Это совсем другое, — она легонько бьет меня кулаком в грудь. — Если бы речь шла о защите, о твоей жизни или жизни близких — это одно. Но я все равно была бы против того, чтобы ты лишал кого-то жизни.

Зеленоглазик… ты даже не представляешь…

После этого разговора накрывает сильнее, чем ожидал. Начинаю сам все рушить, снова и снова возвращаясь к одному и тому же. Дни, которые должны были стать светлыми и счастливыми, для меня оборачиваются тяжелыми и невыносимыми. Потому что она узнает не только правду о том, что случилось тогда по моей вине, но и правду о том, кем я стал за эти годы.

Она не сможет быть с таким человеком, как я. Сейчас она рядом — счастливая и даже не подозревает, что наш мир в любой момент может развалиться.

Сука… почему все так сложно? Почему, когда я наконец нашел своего человека, снова рискую ее потерять. И снова из-за себя. Из-за того, как живу.

Понимаю, что потеряю. Потому что она этого не выдержит. От этой мысли перехватывает дыхание. Никогда в жизни не испытывал такого страха. Не хочу ее терять. Не хочу все это рушить. Нужно что-то придумать.

Стою у окна в ее квартире и смотрю вниз, во двор, где бегают дети, играют, смеются. У них вся жизнь впереди и есть выбор… у меня он тоже был когда-то. Только не тот, который хотелось. Мысли крутятся по кругу, не дают покоя, в висках начинает давить.

Не сразу замечаю, как сзади подходит Милена. Обнимает, кладет теплые ладони на торс. В этот момент в голове становится тише. Ее прикосновения действуют странно — возвращают в реальность. Она чувствует, что со мной что-то не так, но не лезет с вопросами. Просто рядом. Ждет, пока сам скажу.