Книга Отель «Реббека», страница 81 – Рада Артемьева

Такой не совсем тривиальный почерк убийцы: ртуть. У него получается выглядеть таинственно: загадочные смерти, мистика – это, конечно, на руку Меркьюри, накидывает на него некий ореол ужаса. Так можно держать в страхе целый отель, запугать, заставить верить во что угодно, даже в то, что он сам дьявол. Хорошая мистификация. Отлично работает на запугивание. При этом преступник остается безнаказанным – ртуть, как мы знаем, у предыдущих жертв «Реббеки» так и не смогли определить.

Вдруг в голове всплыл образ Николя. Гозлан плюнул в сторону то ли потому, что тот ему не нравился, то ли просто крупинка табака попала в рот.

Директор определенно знает, кто этот человек, подумал Гозлан и снова выпустил дым. А для всех остальных только прикидывается. Думает всех обыграть. Слишком самонадеянно! Ведь он в курсе легенды, значит, и в курсе условий договора. Он из семьи де Бриссак! Ему ли не знать, кто такой мсье Меркьюри и что была у них за договоренность? Да, Николя, однозначно, замешан в деле. Но еще непонятно, до какой конкретно степени. По локоть или по самые гланды?

Кто еще вместе с ним может быть в курсе тайны? Возможно, никто. Мадам Шанталь? Нет, видно, что она сама напугана и рада бы уже куда-то деться, да только поздно. Мадам Морган? Скорее всего, да. Она точно что-то знает, но, возможно, участвует лишь опосредованно. Жиль, Вандербеш – темные лошадки. Молчаливые, услужливые, тихие. На них не упадет и тени сомнения. Старые, добрые работники. Но в том и фокус: нередко среди таких скрываются настоящие преступники.

Так Гозлан размышлял весь вечер и пускал сигарный дым под потолок. Он копался в старых газетах, изучал статьи о «Реббеке», на всякий случай прочитал о свойствах ртути и даже позвонил своему знакомому медику.

Пора было углубиться в дело семьи де Бриссак. А начинать стоило с его главного представителя – с дедушки. Гозлан понимал, что Николя слабоват для управления. И за его спиной, возможно, стоял кто-то, способный решать и действовать. Уж не дедушка ли Николя участвовал в этой истории более чем активно? Кто проверит его «болезнь»? Может, он все еще мог управлять отелем, только издалека? В любом случае наведаться к такому человеку стоило: он должен был что-то знать.

Через несколько часов Гозлан приехал в имение де Бриссак. Вышел из машины и огляделся: огромная вилла стояла прямо на холме, точно стремилась вверх, к обнаженному солнцу. Местность была полна воздуха. Деревья из сада нагло заглядывали в белоснежные окна первого этажа. Дорожка вела к кованым воротам.

Следователь вскинул руку и помахал женщине в окне. Та несколько секунд задержалась в поле зрения, затем куда-то скрылась, после чего ворота открылись автоматически.

Она вышла на крыльцо и недоверчиво поглядела на Гозлана. Женщина средних лет, по виду – сиделка, была довольно дружелюбна, однако, очевидно, не понимала, что здесь делает гость. Это и понятно: в этих краях уже давно никого не принимали. Следователь сообщил, что приехал с намерением увидеть мсье де Бриссака-старшего. Женщина ответила на это взглядом, полным недоумения.

— Вы знаете о состоянии мсье де Бриссака? – поинтересовалась она. – Он вряд ли сможет принимать посетителей.

Гозлан ответил, что знает о сложном нынешнем положении мсье, и пообещал, что постарается сократить визит, однако увидеть его просто необходимо. Женщина окинула недоверчивым взглядом нового гостя, затем позволила зайти в дом.