Книга Так сказала бабушка, страница 155 – Николай Владимирович Андреев

— Причем, насколько я понял из его рассказов, никаких конкретных данных по этому делу у него нет. Ни то, как он исчез, ни то, где, ни при каких обстоятельствах. Доподлинно известна лишь дата вылета самолета и место, куда должен быть доставлен груз.

— Маловато будет.

— Вот я и говорю. А он, понимаешь, собрал метеорологические сводки за тот период и на их основании выдвинул гипотезу, по которой выходило, что самолет, попав в грозу, – а тогда вроде была гроза, – изменил маршрут и разбился где-то в наших краях… Представляешь?

— А ты, стало быть, считаешь, что он не мог изменить направление и разбиться?

Малявин желчно рассмеялся.

— Ты еще скажи, что это тот самый самолет, который вы нашли в тайге.

— Да, кстати, почему бы и нет?

Малявин оборвал смех. Ткнув пальцем в Романова, сказал, что алмазы с неба падают только в сказках, а в реальной жизни они становятся костью в горле тех, кто с ними имеет дело.

— Хочешь, расскажу, куда на самом деле исчез этот самолет с прииска?

— Хочу.

— Тогда не говори глупостей и слушай! Едва взлетев, он, я так думаю, повернул на юг в сторону Кавказа или Средней Азии. Приземлился на временном, сооруженном специально для этого дела аэродроме в укромном местечке, где его быстро разобрали и сожгли. Пилотов с охраной закопали, как ненужных свидетелей, а алмазы развезли по подпольным ювелирным мастерским. Там их обработали, присобачили к ним бирки с какого-нибудь государственного заводика и пустили в розницу.

Малявин замолчал. Встал, подошел к окну и сказал, что его до глубины души бесит, когда люди вроде Клопова делают себе имя и деньги на вымысле и плутовстве.

— Ведь все, что я сейчас тебе сказал, он знает не хуже меня, но все равно продолжает лепить свой фильм.

— Никита! – после небольшой паузы тихо позвал Романов. – Ты только, пожалуйста, не обижайся.

— Что?

— Гляди, что у нас получается. Самородов видел самолет в тайге. И если допустить, что камешки, которые мы случайно нашли возле него, – алмазы, можно не сомневаться: этот алмаз родом оттуда – из нашего с ним детства.

— А ты уверен, что камешки, которые вы нашли в детстве, алмазы? Они что, такие, как этот из кармана Самородова?

Романов задумчиво пожал плечами.

— Да как тебе сказать… Я, честно говоря, уж и не помню, как они выглядели. Столько лет прошло.

— Вот! Это во-первых. Во-вторых… Даже если допустить, что вы на самом деле нашли алмазы и что Самородов понял это раньше остальных, зачем он взялся усложнять себе жизнь убийствами людей из «списка восьми»? Как это объяснить?

— Ну да, – согласился Романов. – Если бы он убивал только тех, кто знал о местонахождении самолета с алмазами, было б понятно, а так… Хотя, быть может, здесь и нет никакой связи – самолет отдельно, убийства отдельно.

Малявин вернулся к столу. Сел и, лениво постукивая ногтями по столу, сказал:

— Нет, Васенька, в реальной жизни с неба на людей не алмазы – бомбы с птичьими какашками падают, и еще эта… как ее… Божья кара, вот!

В комнату вошел Коновалов. Поинтересовался, долго ли они собираются сидеть здесь.

Романов с Малявиным вскочили на ноги.

— Что, можно ехать?

— Да все, кроме вас, уже давно уехали! Одни вы остались.

Романов похлопал себя по карманам – все ли на месте. Повернулся к Малявину и спросил: как и на чем он добрался до Мыскино.