Онлайн книга «От войны до войны. Потаённые смыслы эпохи»
|
— Конечно, всякие там «Дожди» и чуждые внушения основательно промыли людям мозги. После бешеной кампании о репрессиях 37 года, вроде камланий профессионального антисталиниста Сванидзе, нелегко воспринять мою точку зрения. – Вдруг задорно улыбнулась. – А знаете, как о нём говорят в нашем институте? Будете смеяться. Он выворачивает исторические факты наизнанку, и кто-то из остряков переиначил Пушкина: «Мой дядя самых честных грабил». Истинно так, он самые важные события той эпохи драпирует, скрывая их доказательную силу. Воздастся ему… Ульяна, которая не переваривала Сванидзе, вставила свои двадцать копеек: — Я правильно поняла, что здесь срабатывает логика разбитого яйца? – Лидия Ивановна непонимающе подняла брови. – Важно, с какой стороны его разбивают. Не в смысле с какого конца, а именно с какой стороны. Если снаружи, это гибель, а если изнутри, это рождение нового. Сванидзе – это снаружи. Лидия Ивановна одобрительно кивнула головой. — Умно́ сказано. Но если я верно поняла, вы категорично осуждаете Сванидзе как западника. Однако надо иметь в виду, что Сталин был очень осторожен в сфере науки, культуры, где массовых репрессий не было, подчёркиваю, массовых. Были очень громкие, но так или иначе связанные с политикой. И учтите доносы внутри среды из мотивов выгоды. А Сталин как бы возвращался к замыслу Александра III, соединяя присущую петербуржцам – в этнокультурном смысле! – европейскую образованность с национальными корнями духовной жизни. – Сделала паузу и высказала, видимо, самое важное лично для неё: – Этот курс привёл старых большевиков в бешенство. Ведь многие из них ратовали за латинизацию алфавита. На этот счёт в моих лекциях миллион цитат, не буду вас утруждать. Хотя нет, одну приведу: «Русский алфавит является пережитком. Переход на новый алфавит освободит трудящиеся массы русского населения от влияния дореволюционной печатной продукции». И вы считаете, что с авторами таких заявлений можно было вести разъяснительные беседы? Кстати, вы наверняка не знаете о листовках, ходивших в конце 20-х. В них говорилось: «Товарищи! Великое дело Октябрьской революции предано! Сталинская клика совершила фашистский переворот!» Ульяна помнила, что Лидия Ивановна, обычно сдержанная, спокойная, разволновалась, сквозь лёгкую румяну проступил настоящий румянец. Изменился тембр голоса. — В том дело, что главными противниками сталинской державной политики были горячие приверженцы Ленина, державшие курс на мировую революцию. Люди без святости, они отказались от преемственности с историческим прошлым России. Ну, ясно же, что термидор по отношению к Октябрю был неизбежен… А итогом второй Гражданской стало полное доминирование красных сотен. Завершилась столетняя история русской революционной интеллигенции, а вместе с ней и эпоха петербургской России… Но, между прочим, вторая Гражданская началась не с партийных чисток. После убийства Кирова Сталин разогнал общество политкаторжан, закрыл журнал «Каторга и ссылка». Уж он-то знал, что большевики, прошедшие через царские тюрьмы, чуть ли не поголовно были террористами, помнил судьбу Александра III. Да, в тот период бремя эпохи требовало натянуть поводья – жестокий век, жестокие сердца. В России живём! Звёзды окликаем… Но я жажду и стражду восстановления исторической истины, не скрывая своих предпочтений. Хочу изменить наше прошлое к лучшему, потому что у нашего прошлого было прекрасное будущее. А сегодня мы ещё только готовимся к постижению грядущего. Я чую под собой страну… |