Онлайн книга «Браконьерщина»
|
Внизу по танцполу бродила пятнистая пьяная свинья в завязанном поперёк пуза дедморозовском кушаке с нарисованными гуашью бровями и щеками. А под ёлкой, пластом, лежала бедная собака, болеющая, как и мы, с похмелья. Салют, тоже приподняв опухшую рожу, с удовлетворением констатировал: «С Новым годом!» Первого января опохмелялись! Волковой, у которой украли собаку, долго объясняли, что «та сама пришла». Повезло, что на праздник была закрыта контора и бабка не смогла вызвать милицию. Но, как ни странно, собака не хотела добровольно уходить из клуба, и, только угостив гостью пивом, мы смогли увести её домой. Самой старушке я наложил полмешка рыбы, после чего она наконец пообещала не обижаться. Свинью, привезённую в клуб на рыбачьих нартах, обратно домой гнали самоходом, вызывая у людей законный радостный ажиотаж. Однако разозлённая Генкина жена не позволила «немного посидеть за праздник» и не пустила нас в дом. Не слишком расстроившись, выпили понемногу в сарае, прямо около измученной хозяйки года. На обратной дороге в клуб меня с Ромкой, на счастье, перехватил Венька и, загрузив в нарты, развёз на «Буране» по домам. Оказавшись в материнских руках, я, моментально ослабев, уснул, как дитя, на сутки. На работу за меня поехал Венька. Придя в себя третьего, обнаружил, что на Новый год звонил домой Ладе. Уже вечером, сменив Веньку, к которому приехала Рита, не сумев сдержаться, повторил вызов и через несколько секунд услышал знакомый голос. — Алло, здравствуйте, Иосифа нет дома. — Лада, здравствуй, это я, Кирилл, узнала?! С Новым годом! Телефон секунды помолчал и, словно добрый волшебник, продолжил, наполняя душу радостью. — Спасибо, Кирилл… Мы тебя тоже поздравляем, счастья, любви! — Мы это кто? — Я и дочка. Лида. Она уже всё понимает, и вот сейчас тебе в трубку улыбается… Я услышал в трубке детское гуление, моментально почувствовал запах, словно увидел лицо ребёнка, своего ребёнка! — Лада, Ладочка… Я люблю вас, вы мои родные, я заберу вас скоро, счастье… — Не надо, Кирилл. Не мучь нас. Выбор же сделан, и сделан тобой. Сейчас наговоришь – мучиться будешь, вдруг жалеть? А нам жалость не нужна, пойми. Нас любить нужно, только-то и всего, любить!.. И не звони, муж может обидеться. Хорошо, что его сейчас нет, он своих поехал проведать. Если хочешь, дай телефон. Может, сама когда позвоню, расскажу, как живём. Я назвал номер и, попрощавшись, долго слушал колющие в грудь гудки. * * * К Татарину попали лишь на Рождество. Доехать до острова сейчас проблем не было – техникой более-менее обзавелись. Но, как обычно перед Новым годом, не было возможности собраться в кучу именно тем, кто был немного в теме… Хотя Татарин и не обозначил в записке проблем, но лично мне чувствовалось напряжение, позволяющее кинуть нам клич. В конце концов у него, как и у всех, был пейджер, и он мог буквально за час озадачить проблемой заинтересованных. Но скрытный и довольно хитрый рыбак не доверил информацию «поганой технике», следовательно, было что скрывать?! На шестое собрались почти все. Валерка отказался ехать, как всегда не объясняя, почему: «Не поеду, и всё!» Если он сразу был так категоричен, то убеждать его в обратном не имело смысла. С другой стороны, он, не задавая вопросов, дал нам свой надёжный, как пылесос «Вихрь», макаран. За руль посадили Макара и, подцепив высокие сани, загрузили в них Вакулу с глубокого, ещё праздничного похмелья, согласного на всё… Со мной поехали Скворец, выпросивший у начальника и жены отгулы до «Старого Нового», и ещё один парень из соседней деревни, которого все просто звали «Брат Витька». Был он достаточно молодой, весёлый и разбитной, тоже безоговорочно любил рыбалку и всё, что с ней связано. Парень, как все «молодые», пока помогал «кто попросит», но с весны надеялся начать работать на себя. По возрасту был он ровесником Веньки, но намного проще, открытее. После армии тоже сначала работал в совхозе и так же, как многие, ушёл из-за отсутствия перспектив. |