Книга Хочу вспомнить все, страница 58 – Марина Линник

Тревожный телефонный звонок нарушил тишину рабочего кабинета, в котором сидел уставший комиссар Вилар, продолжавший читать дневник погибшей графини. Стрелки на часах показывали половину пятого вечера. Прошло больше суток с той поры, как Арно поручили вести странное дело, а он еще ни на йоту не продвинулся в расследовании.

— Кому еще я понадобился? Дидье в двенадцать принес отчет… кстати, его прочесть не мешало бы, прежде чем нести префекту полиции, скорей всего, инспектор что-то упустил или напутал… как обычно. Да! Вилар у телефона… А, это ты, Ришар. Что произошло? Почему у тебя такой взволнованный голос? Нашли дюжину молодых людей, подходящих под описание? Отлично! Найди Легара, пусть пошлет за мсье Полем. Будем надеяться, что нам повезет и владелец кафе сможет кого-то опознать. Звони, если будут новости. До связи!

Комиссар положил трубку и встал. Нужно было немного пройтись, чтобы размять затекшие конечности. «Через шестнадцать часов графу Тюренну официально предъявят обвинение в убийстве жены, – подумал Арно Вилар, в задумчивости расхаживая по кабинету. – И невиновного… а чутье меня никогда не подводило… казнят. Хотя, если разобраться, это маловероятно: граф все же крупная фигура на политической арене. Тогда дадут пожизненный срок. Правда, и здесь, я полагаю, не обойдется без вмешательства влиятельных друзей. Так или иначе, но скандал разразится огромный, особенно если дело господина Семенова и эмигрантки Екатерины Алексеевны Сергеевой-Тюренн начнут раздувать репортеры. Да-а, что и говорить, репутация у графа будет подмочена. А хорошая репутация – то же самое, что чистая рубашка. Разница только в том, что рубашку можно постирать, а вот репутацию отмыть – и речи быть не может. Не помню, кто сказал: никто не богат настолько, чтобы выкупить собственное прошлое. Правильные слова, очень правильные… Господи, как же жарко, как же хочется сменить рубашку».

Решительным шагом комиссар подошел к столу и снял трубку.

— Поль, соедини меня с домом… Милая, это я, – услышав голос жены, заговорил Вилар. – Дома все в порядке?.. Что? Как? Я не думаю… Хорошо, я понял. Об этом ты расскажешь мне потом. Договорились? Обещаю заняться делами мадам Лемур, когда вернусь домой. Попроси ее заехать к нам завтра вечером на чай. Дома все и обсудим… Для чего я позвонил тебе?.. Вот память… Ах да. У меня к тебе просьба, милая. Сейчас я пришлю машину, передай водителю пару чистых рубашек и что-нибудь поесть.

— Ты не приедешь домой ночевать, mon cher? – В голосе мадам Вилар послышались нотки недовольства. – Я устала повторять тебе: ты – не мальчик. Тебе необходимы отдых и хорошее питание. Ты подорвешь здоровье.

— Милая, а я устал отвечать тебе, что это моя работа, – вздохнув, проговорил Арно. – И почему мы вечно спорим на одну и ту же тему? Когда же ты поймешь, что ты замужем за…

— …за самым талантливым комиссаром Парижа… нет, Франции, – прервала его жена, зная мужа, как свои пять пальцев.

Как любой мужчина, Вилар был падок на лесть.

— Я женат на ангеле во плоти, – покраснев от удовольствия, отозвался комиссар, немедленно перестав ворчать.

— Что бы ты хотел на ужин, mon cher?

— Ничего особенно не стоит готовить… приготовь свой киш^[31]. Ты же знаешь, как я люблю его.

— Хорошо. Значит, рубашки и пирог… немного паштета и вина?