Книга Хочу вспомнить все, страница 131 – Марина Линник

— Платья будут готовы послезавтра. Вы сами приедете за ними или доставить их в ваш особняк, мадам графиня? – любезно осведомилась портниха.

— Пришлите, пожалуйста, с посыльным, мадам Тиссу. Я думаю, так будет лучше, – с улыбкой откликнулась я, кивнув ей в знак прощания. – Adieu!^[45]

— До свидания, мадам!

От портнихи я пешком отправилась прямо в парк Тюильри. Не могу сказать, что я любила гулять по нему. Он всегда казался мне неуютным, мрачным и неприглядным. После смерти своего создателя – архитектора Андре Ленотра – Тюильри пришел в запустение; парку не уделяли должного внимания: он порос сорной травой, деревья не обрезались. Безусловно, его старались поддерживать в должном виде, но, увы, о былом великолепии пришлось забыть. Разрушительный след оставили не только войны, но и революции.

И все же тут всегда было многолюдно, не то что в Люксембургском саду. Впрочем, сегодня я не нуждалась в уединении. Гуляя по аллеям парка, я напряженно думала, решая, как же мне все-таки поступить. Сев поблизости от фонтана, я с увлечением наблюдала за стаей уточек, плавающих в нем. Они бесшумно рассекали воду, ныряли, чтобы достать себе корм, крякали, гонясь друг за другом. Глядя на них, я радовалась, словно ребенок…

День был в самом разгаре. Солнце палило нещадно, и даже у фонтана стало невыносимо душно. Немного поразмыслив, я спустилась к Сене и спряталась в тени каштанов. «Так ехать или нет?» – все думала я, неспешным шагом прогуливаясь по набережной.

— Поеду! – твердо произнесла я и поспешила к лестнице. – Клиника Бруссэ, четырнадцатый округ, – назвала я адрес таксисту, садясь в машину. – И поскорее, пожалуйста.

Я решила все-таки съездить в больницу, чтобы убедиться в том, что мне ничего не угрожает, так как прекрасно понимала, что если Семенов придет в себя и расскажет кому-то о моем признании в убийствах, то надо мной повиснет дамоклов меч. Не сегодня завтра меня выследят и уберут. Такое уже бывало с эмигрантами: большевистские спецслужбы организовывали похищения тех людей, деяния которых, по их мнению, представляли реальную угрозу для молодой страны.

— Простите, могу ли я узнать, в какой палате лежит мой кузен, господин Семенов? – поинтересовалась я у медсестры, дежурившей за стойкой.

— Я сейчас посмотрю, мадам, – ответила девушка лет восемнадцати. – О, простите, но у нас нет такого пациента.

От неожиданности я обомлела. «Неужели врач обманула меня? Почему? С какой стати? Зачем ей нужно было вводить меня в заблуждение? Что-то тут не так».

— Простите, этого не может быть. Возможно, вы просмотрели… я точно знаю, что его привезли вчера именно в вашу клинику.

— Хорошо, я погляжу еще раз, – недовольным тоном отозвалась девушка. – Нет, мадам, – услышала я через минуту. – Я не ошиблась. У нас нет вашего кузена.

— Мадемуазель, – с настойчивостью произнесла я. – Вчера, когда медики забирали его в больницу, врач определенно указала на вашу клинику.

— Когда произошло несчастье?

— Вчера вечером. Моего двоюродного брата сбила на улице машина…

— А-а… – протянула девушка, – так вы говорите о том господине, который… Странно, если мадам Лакруа разговаривала с вами, то почему тогда не записала его имя? Мамаше Лакруа точно пора на пенсию: то одно не сделает, то другое забудет. Сейчас я позову медсестру, и она проводит вас к кузену.