Книга Хочу вспомнить все, страница 128 – Марина Линник

Визг колес, скользящих по асфальту, и крики ужаса вывели меня из оцепенения. Вздрогнув, я поглядела в ту сторону, куда бежали посетители кафе и праздношатающиеся. На проезжей части возле такси лежал в неестественной позе… товарищ Семенов. Перебегая улицу, он был сбит проезжавшей машиной.

— Вызовите скорую!.. Господа! Человеку плохо… Убили!.. Да он уже мертвый… Вызывайте полицию!.. А ты куда ехал? – неслось со всех сторон.

Я медленно подошла к толпе, обступившей Семенова. Мне хотелось знать: повержен враг или нет? Свершился ли Божий суд? Все же, чтобы не вызвать подозрений, я не стала пробираться к пострадавшему, рассудив, что несколько минут ожидания меня не устроят.

Вскоре приехала полиция, а за ней и «скорая». Врач осмотрела лежавшего на мостовой и, обнаружив признаки жизни, приказала немедленно переложить мужчину на носилки. Моим мечтам не суждено было сбыться. Я уже собиралась пойти к хозяйке гостиницы, чтобы выяснить, каким же образом Семенову удалось вырваться, но желание узнать, выживет ли враг, пересилило, поэтому сперва я подошла к врачу, которая уже садилась в машину.

— Простите, мадам, за беспокойство. Не знаю, как объяснить… просто все произошло на моих глазах… так неожиданно… в общем, в каком он состоянии?

— Я понимаю вас, – закивала пожилая женщина, – к несчастью, с появлением этих адских машин такие случаи происходят все чаще и чаще.

— Он… будет жить? – осторожно спросила я.

— Не могу ничего сказать, дорогая. Если довезем, то, возможно, и будет жить, хотя вряд ли пострадавший когда-то окончательно выздоровеет. Уж больно сильно ударился головой об асфальт… вообще-то мужчина очень плох. Очень! Если выживет, то тогда ему крупно повезет. Молитесь!

— А куда вы отвезете его? Почему-то мне кажется, что я в ответе за него… ведь мне бы следовало его окликнуть… ну, чтобы он остановился. Признаться, не понимаю, почему я этого не сделала. Наваждение какое-то. Я так сожалею…

— У вас доброе сердце, мадемуазель, – положив руку мне на плечо, заметила врач. – Постараемся сделать все, что в наших силах. Но мы не Боги, сами понимаете… вы найдете его в клинике Бруссэ.

Новость о том, что если Семенову и удастся выжить после аварии, то он все равно ничего не будет помнить, немного успокоила меня. «Это лучше, чем ничего», – подумала я, опять направляясь к гостинице.

«Давайте суд бедному и сироте; угнетенному и нищему оказывайте справедливость, – крутились в моей голове строки Писания. – Бог – судия праведный, и Бог, всякий день строго взыскивающий… Александр медник много сделал мне зла. Да воздаст ему Господь по делам его!»

Расспросив мадам Лекур о том, каким же образом Семенову удалось развязаться, и получив исчерпывающий ответ, я вышла на улицу. На часах было уже около одиннадцати ночи. Мне уже давно следовало быть дома. «Ренард, наверно, волнуется. Хотя, вероятно, он еще не вернулся со своего очередного заседания. Нужно возвращаться… как-никак ночь на улице. Между тем так не хочется… С недавних пор стало так стыдно смотреть мужу в глаза! Все кажется, что Тюренн прочитает по моему лицу, что я не только изменница, но и преступница. Определенно, следует уехать. Куда-нибудь подальше. В Америку, например. Я никогда не была там. Говорят, там есть на что посмотреть. Да, я так и сделаю. Поезжу по стране, полностью сменю обстановку».