Книга Предателей не прощают, страница 70 – Сергей Трифонов

Маша попыталась заговорить с фермером, но тот отделывался короткими фразами, пока не объявил:

— Обо всём поговорим дома.

Кондиционер в машине не работал, свежий воздух поступал густой струёй через открытые окна. Маша с интересом оглядывала окружающий мир. После того как выехали из аэропорта, справа открылся вид на Средиземное море, светлые полосы пляжей, зелёные рощицы в окружении сгоревшей под солнцем бурой травы, группы пальм и высоких кипарисов у отелей и вилл… Вскоре повернули налево и вновь направо, съехав с хайвэя на более узкое шоссе, постепенно поднимавшееся в горы. Слева, внизу виднелось множество утопающих в зелени деревушек, справа – поднимавшиеся уступом скалистые горы. Кое-где за каменные уступы цеплялись кустарники лантана, жасмина и акаций; изредка попадались уродливые, чахлые стволы кипрского кедра.

Ехали больше часа, поднимаясь всё выше и выше в горы. Наконец, Теодору свернул направо, и машина въехала в деревушку, мощённую камнем центральную площадь которой украшала небольшая, сложенная из белого известняка, маленькая и очень красивая церковь. Таких сельских церквушек, кажущихся старинными, средневековыми, по всему Кипру соорудили множество. Но все они были новыми, типовыми, возведёнными на фундаментах церквей древних, разрушенных землетрясениями.

По кругу площади расположились одноэтажные, построенные из белого или розового ракушечника или известняка здания, крытые старой красной черепицей. Их окна по фасаду украшали ставни, отличавшиеся по цвету на разных домах. Но больше всего было ставень почему-то зелёного цвета. Возможно, жители считали, что таким образом создавалась гармония с зеленью рожковых и лимонных деревьев, баугиний и жакаранд, украшавших площадь. Или просто другой краски не было.

Над одним из домиков развевался национальный флаг Кипра, там расположился совет сельского муниципалитета. В соседнем здании обосновалась почта, а за ней – фельдшерский пункт под большим круглым знаком белого цвета с красным крестом посередине. Следующий дом занимал магазин хозяйственных принадлежностей, торговавший всем – от товаров бытовой химии и средств против грызунов, клопов и тараканов до швейных иголок и ниток, вёдер, леек, лопат, топоров и граблей… По соседству, в здании с резными ставнями разместились кофейня, пекарня и хлебная лавка. Оттуда, из раскрытых дверей, постоянно исходил волшебный запах свежеиспечённого хлеба, приправленный ароматами ванили и кофе. Часть площади занимали прилавки торговых рядов сельского рынка, работавшего в ранние утренние часы и по выходным дням.

Про всё это Маша, правда, узнает потом, а сейчас её удивило полное отсутствие людей на площади и улицах деревни. Время было ещё не позднее, около шестнадцати часов, но повсюду ни души.

Теодору въехал в ворота усадьбы и остановил машину под деревянным навесом, рядом с большим двухэтажным домом, выложенным из всё того же известняка, что и все деревенские сооружения. Ставни дома тоже были зелёного цвета, но давно не крашенные, обшарпанные, неряшливые. Также неряшливо смотрелись старые деревянные оконные рамы; стеклопакеты отсутствовали начисто. Но всё это компенсировалось богатством цветов густых зарослей бугенвиллии. Деревья буквально облепили дом, и казалось, что алые, ярко-красные, жёлтые цветы бугенвиллии растут прямо из стен.