Книга Предателей не прощают, страница 52 – Сергей Трифонов

На третьи сутки Струминьш догадался купить в газетном киоске отеля план – карту Москвы и, сверяя её с «Яндекс-картами», обнаружил маршруты движения к ВДНХ. Но обнаружил он и то, что у него нет ни номера мобильного телефона, ни электронной почты Карновского. Это его сильно огорчило, и он позвонил в Ригу проконсультироваться – как быть? Незнакомый голос ответил ему, что он безмозглый дурак, что звонит он не по адресу, и чтобы навсегда забыл этот номер телефона. Струминьш огорчился. После мучительного мозгового штурма он догадался позвонить в приёмную Минфина России, и сердобольная девушка порекомендовала ему войти на официальный сайт министерства, где он найдёт информацию о всех департаментах. Когда же Струминьш, раскрыв свой ноутбук, наконец обнаружил номер приёмной Карновского, он на радостях вновь напился и лёг спать.

На следующий день Струминьш всё же достучался до Карновского и предложил встретиться. Борис Михайлович поначалу хотел сразу послать нахала очень далеко, но подумал и решил ради смеха с ним встретиться. Рандеву он назначил на углу Каретного ряда и Успенского переулка в восемнадцать часов. Струминьш, конечно, опоздал, и Карновский, подождав пятнадцать минут, собрался уже уходить, когда заскрипели тормоза такси, и из машины выбрался латвийский шпион в мятой одежде и с опухшим лицом.

— Вы, случаем, не на Рижском вокзале бомжевали? – не скрывая сарказма, спросил Карновский.

Струминьш сарказма не понял, его голова раскалывалась, и он попросил зайти куда-нибудь выпить горячего кофе и рюмку водки. Борис Михайлович привёл его в кафе «Здрасьте! Нам по пасте!», заказал кофе, сто грамм водки и бутерброд с горбушей для шпиона. Подождав, пока Струминьш, как профессиональный алкоголик, выцедит водку мелкими глотками и с жадностью съест бутерброд, Карновский спросил:

— Ну-с, молодой человек, чем обязан?

— Мы готовы заплатить, – пробурчал шпион.

Карновский достал из внутреннего кармана дорогую авторучку и написал на бумажной салфетке: «Сколько?»

Струминьш достал свою шариковую ручку, написал внизу: «Ваше предложение?»

Карновский злорадно усмехнулся и, зная о пустоте торга, о том, что в Риге такими деньгами и не пахнет, ради смеха написал: «20 000 000 евро».

Разглядев сумму, латвийский шпион опешил, в его зобу, похоже, дыханье спёрло, но он промямлил:

— Я донесу своему начальству.

Струминьш попытался убрать салфетку в карман, но Карновский вырвал её и спрятал в свой портмоне, сказав:

— Э, нет. Такими документами не разбрасываются. Передадите на словах.

Договорились встретиться завтра здесь, в это же время.

Шпион вновь опоздал и, не извинившись, приступил к делу. Он вытащил из кармана джинс сложенный лист бумаги, протянул его Карновскому. «100 000 евро» значилось там. Карновский забрал записку и потащил Струминьша к выходу. На улице он сказал шпиону:

— Передайте своим шефам, что такими суммами они могут заинтересовать, в лучшем случае, дворника или гардеробщика в Минфине. Будьте здоровы.

Через двое суток они встретились вновь. Струминьш выглядел бодрым, на его лице играла нагловатая улыбка. Он заявил:

— Уполномочен сообщить вам, что ни цента больше. К указанной сумме прилагается латвийское гражданство. В случае отказа ваш особняк будет реквизирован в пользу бюджета Латвии, а вам навсегда закроют доступ в нашу страну.