Книга Пощёчина генерал-полковнику Готу, страница 82 – Сергей Трифонов

Однажды на учениях, летом сорокового года, ротный повар Евдошкин, принявший минувшим вечером лишку самогона, заваривая утром чай для личного состава и имея похмельную дрожь в руках, окатил себя кипятком. С ошпаренными руками его отправили в медсанбат. Ротный, оставшийся без повара, был немало огорчён: возникла угроза лишить красноармейцев законного обеда, вызвать недовольство командира батальона и разбирательство особиста полка. Дело-то можно было повернуть как вредительство. Ротный метался по палатке, когда в неё просунулась голова Соколова.

— Разрешите, товарищ капитан?

— Тебе чего, Соколов? – недовольно спросил ротный.

— Я, товарищ капитан, вот чего подумал-то. Дозвольте обед приготовить?

Ротный насторожился, смерил Соколова недоверчивым взглядом.

— А сможешь?

— А чего не смочь? Щи сготовить – дело нехитрое. Я по молодости щей этих знаете, сколько наготовил в семье? Считай, на цельный батальон выйдет.

Глаза ротного загорелись, заметались, лицо разрумянилось. Он схватил Соколова за руку, умоляюще вымолвил:

— Сделай милость, Матвеич, в век не забуду.

В ту пору во многих частях Красной армии оставались ещё старые полевые кухни пехотно-артиллерийского образца, точно такие, что служили ещё в царской армии. Кухня представляла собой две сцеплённые двухколёсные тележки (кухня двухосная). На первой монтировался очаг из металлического кожуха с асбестовой прокладкой, в котором был укреплён медный лужёный котёл. Днище котла, кожух и боковые стенки образовывали топку и дымоходы. В днище кожуха, под колосниковой топкой, имелся вырез для золы. Плоская железная крышка котла делилась на две половинки – неподвижно прикреплённую к котлу и откидную. Два предохранительных клапана крышки во время варки пищи выпускали пар из котла. В котле имелось два крана: спусковой в днище и боковой для раздачи пищи. На второй тележке крепился деревянный ящик, разгороженный на отделения для хранения продуктов и кухонной утвари – черпаков, ножей, длинных деревянных лопаток и ложек, скалок… Отделение для мяса было обито оцинкованным железом. Ёмкость котла составляла двести пятьдесят литров, из них – двести полезного, для приготовления первых или вторых блюд, остальные – паровое пространство. В такой кухне можно было готовить все виды первых блюд, но вторые только в полужидком состоянии – каши, пюре, с соусной заправкой, так как котёл не имел масляной рубашки и не мог предохранить вторые блюда от пригорания.

Такую вот непростую боевую технику Соколов вначале изучил по Наставлению, исследовал и лишь затем приступил к приготовлению обеда. Прибывших к нему двух красноармейцев, назначенных в наряд на кухню, он вначале отправил за водой, затем посадил чистить картошку. Бойцы сидели на чурбаках, чистили картошку, с опаской поглядывая на ещё не чищенную гору, невесело переговаривались. Матвеич, наблюдавший за ними краем глаза, беззлобно заметил:

— Картошечку неэкомно чистите, сынки. Это ж сколько полезного продукта в отвал пойдёт! Дайте-ка покажу.

Он взял нож и не спеша аккуратно очистил небольшую картофелину, сняв кожуру одним присестом так, что из неё получилась тонкая пружинка. Бойцы вытаращели глаза.

— Мы так не умеем, товарищ старший сержант, – почти хором заявили они, – этак и до ужина нам всю не перечистить.