Книга Под крылом чёрного ворона, страница 152 – Иван Цуприков

— Миша, Миша, – зовет его кто-то таким знакомым голосом.

Потянулся Ферапонт, пора просыпаться. Открыл глаза, а в небесах яркое солнце, вокруг бушует зеленью кустарник, и запах от него идет такой приятный.

«Неужели смородиновый? – подумал про себя Ферапонт и с восторгом рассматривал желтые цветочки на кустарнике, белые цветочки на мху, брусника зацвела. – Какая красота! А где же зима? Неужели черный ворон его перенес в какое-то другое место, а может, и в рай, о котором ему мать с отцом говорили, Ретиша с батюшкой Феодосием? А может, его Ангел Божий забрал?»

Яркие лучи солнца что-то перекрыло. Это чье-то лицо наклонилось перед ним, бородатое, и в тени оно, с ясностью не рассмотреть его.

— Ретиша или Унху? – спросил у него Ферапонт.

А лицо в ответ улыбается и кричит:

— Жив он, Виктор, жив он! Вот он, беги сюда!

И заново эта голова закрыла солнечные лучи и кричит:

— Мишка, где тебя столько носило? Где ты такую шкуру нашел? Мишка!

А Ферапонт, упершись локтями в землю, старается отползти от незнакомого человека, а тот, ухватившись за малицу, удерживает его и смеется:

— Мишка, ты жив!

Вот появился и другой человек, смотрит на Ферапонта и отталкивает от него бородача:

— Володя, не трожь его, он в себя еще не пришел. Он, наверное, там же был, где и я.

И слова его понятны для Ферапонта, но смысла их он никак не разберет.

А вот когда к его рту поднесли воду в ладони и протерли лицо, такое облегчение Ферапонт почувствовал, глубоко вздохнул и присел на землю, осматривается по сторонам, и удивляется. Как же это он оказался в теплом мире, где нет снега, цветут травы и кустарники, а болото вроде то же самое? Может, действительно, он сейчас в раю оказался, и рядом с ним ангелы? Такой тонкой одежды, надетой на них, он от роду не видел. И как жарко ему в оленьей малице, все тело запрело, чесаться начинает.

И тот человек, что только пришел, наклонился над Ферапонтом и протянул ему руку, спросив:

— Кто ты?

— Ф-ф-ферапонт я, – прошептал он. – А где я?

— Не волнуйся, Ферапонт, проснешься, вспомнишь, – улыбнувшись, сказал тот.

И раздалось где-то над головой карканье. Оторвал глаза Ферапонт от незнакомца и поднял их в небо, наблюдая за черным вороном, парившим над ним.

«Разбуди меня, шаман», – попросил про себя у ворона Ферапонт.

Но птица его не слышит, парит в небесной высоте, раскрыв крылья, и наблюдает за миром земным.

Глубоко вздохнул Ферапонт, потянулся рукой к необычной посуде, и тут же догадался бородач, чего он хочет. Приложил к его устам горлышко от фляги, из которой с бульканьем он стал пить прохладную и приятную на вкус воду.

«Она, как в ручье, студеная», – подумал про себя Ферапонт и, сделав еще один глоток, за ним другой, чувствует, что никак не может напиться.

Видя к себе расположение незнакомцев и большое внимание, не торопится, пьет воду спокойно, с расстановкой, чтобы не захлебнуться ею и не раскашляться на смех людям. И только после того, как почувствовал, что утолил свою жажду, спросил у мужчин:

— Где Ретиша-кузнец с Унху – большим лесным человеком?

— Там они остались, Ферапонт, в том мире, в который ты к ним приходил. А сам ты здесь жил и снова сюда вернулся.

— Зачем? – с недоумением смотрит на бородача Ферапонт.

— Судьба у тебя такая, время выравнивать.