Книга Под крылом чёрного ворона, страница 155 – Иван Цуприков

А может, тот дым усыпил меня и я все это время проспал до лета? А откуда же тогда эти люди появились? Или они пришли сюда, как и я с Ретишей, как и Унху… Тайга большая, и самоеды в ней живут, и угры, и эти люди. И как язык у них похож на наш! Ретишу нужно подружить с ними, ему понравятся их пищали, стреляют пулями, и на медведя можно идти с ними, и рогатины с топором с собой брать не нужно, и лося с оленем добыть нетрудно.

И не боятся они шаманов. Даже смеются, когда я рассказал им о черном вороне, шамане-медведе…»

…И раскрылось болото, и начал из него бить родник черной грязи, и стоит посреди него Пэхт-ики. Его голова оскалилась, руки вырвались из черной купели и тянутся к Ферапонту. И видит Ферапонт, что там, где его руки, – горит воздух, и остается вокруг них мертвое безвоздушье, в котором и трава вянет, и все живое умирает. Испугался он, что эта сила неведомая хочет все уничтожить вокруг себя, и, подняв молот Ретишин, пошел он против этого Страха, не боясь Пэхт-ики. И бьется он с этой силой невиданной, и в помощь к Ферапонту черный ворон пришел, и медведь-шаман, Унху и Ретиша. Но не по силам им справиться с чудовищем черным. И сила у него растет, и вот-вот он вытянет из болотной вязи свои ноги и раздавит ими Ферапонта. Как страшен он, и глаза его зеленые становятся все больше и больше, и пламя из его рта летит, и отдает от него не жаром, а холодом ледяным.

И вдруг спустился к болоту по небесной лестнице отец Феодосий в белом одеянии. Выставил он впереди себя крест, поднял его над собой и, обернувшись к Ферапонту, сказал:

— Если восстанет среди тебя пророк или сновидец и представит тебе знамение или чудо, и сбудется то знамение или чудо, о котором он говорил тебе, и скажет притом: «Пойдем вслед богов иных, которых ты не знаешь, и будем служить им, то не слушай слов пророка сего или сновидца сего; ибо чрез сие искушает вас Господь, Бог ваш, чтобы узнать, любите ли вы Господа Бога, от всего сердца и от всей души…» А чего ты боишься, Ферапонт? Посмотри и спроси себя.

Услышав его слова, посмотрел Ферапонт на болото, а оно белое, покрыто снегом, и не стоит на нем Пэхт-ики, и шаманов нет.

И посмотрел Ферапонт на отца Феодосия, а тот уже скрывался от него в небесах. Побежал Ферапонт за ним, но лестница небесная убралась, остался чистый воздух, по которому и шага не сделаешь без опоры.

Открыл глаза Ферапонт, в избе темно, кто-то храпит, да так громко, как Ретиша. Все хорошо, значит, вернулся кузнец в дом. Теперь и вздохнуть можно спокойно, утром обо всем он Ретише обязательно расскажет – и о ложке невиданной, и о фляге, и о людях с пищалями необычными. И, раззевавшись, повернулся на бок Ферапонт…

…Бросил в костер толстую ветку Унху и обернулся к Ферапонту и говорит:

— Миса – это дух лесной. Они дают людям охотничье счастье. – И говорит то он как понятно, а не как раньше, путая русские слова с угорскими. Удивился этому про себя Ферапонт. – И если тебя назвали Мишей, значит, ты хороший охотник.

Обрадовался этим словам большого человека Ферапонт и сказал Ретише:

— Теперь зовите меня Мишей, чтобы духов, давших мне это имя, не обидеть. А то голодно жить будем.

— Мишей тебя не духи назвали, – услышал Ферапонт слова Феодосия, – а родители.

— Где же ты, батюшка? – ищет Ферапонт глазами Феодосия.