Книга Под крылом чёрного ворона, страница 150 – Иван Цуприков

И снова он услышал молитву отца Феодосия, молившегося на бугре. А рядом с ним стоял медведь, черный ворон – шаман и монах. Но еще больше удивило его, когда увидел, что слова, произносимые Феодосием, видимы. Они, как голубая дымка, искрящаяся в белых вспышках, взметаются из его уст, и встречается с зеленой дымкой, идущей от лица шамана. И они обвиваются между собой, как лианы, и поднимаются выше и выше, искрясь цветами радужными.

— Михаил, – что-то похожее на слово или шелест опавшей листвы, легкой, прохладной волной окутало его лицо, – молись…

И упал Ферапонт на колени, сложил ладони и поднес их к губам:

— Ангел Божий, защити нас от силы черной, не дай ей взять в рабство наши души…

И только сейчас, открыв глаза, Ферапонт увидел, как и из его уст молитвенные слова обретают цвет и желтой дымкой устремляются к молитвам других. И встретившись, вспыхнув всеми цветами радуги, превращаются в молнию, в любое мгновение готовую сорваться с тетивы, как стрела. Но что же ее продолжает удерживать?

И только сейчас Ферапонт увидел, как светлое облако спускается с небесных высот к ним.

— Спаси Явь, Ангел Божий!

Услышал он громкое песнопение отца Феодосия и вторящие его голосу молитвы окружающих, вырывающиеся и из уст Ферапонта, продолжают сплетаться между собой. И вспыхнул белесыми линиями на небе крест, и очертил он круг над фигурой Пэхт-ики, и вспыхнула она желтым пламенем и, корежась, стала утопать в болоте, закипевшем вокруг него. И утонуло оно, а место то продолжало бурлить, как кипящая вода.

И спустился над этим местом Ангел и, паря, начал крестить бурлящую жижу, но оно не поддается его силе, высоко взметнулось пламенем с грязью, похожей на огромную руку, пытающуюся ухватить Небесного воина. Но не удавалось Пэхт-ики и в следующий раз этого сделать.

— Идем, – громко сказал Феодосий и, подняв над головой крест, пошел к болоту, в котором борется Ангел с черной силой.

У Ферапонта в руках тоже крест, но необычный. Если на него прямо смотреть – ветка древесная, очищенная от листвы и в верхней ее части еще две ветки с одного места растут по бокам. А если на этот крест посмотреть с правого бока, то он иглу напоминает, которую несет Ферапонт не к бушующему в болоте изваянию со страшным ликом, а к разорванной ткани, и вот-вот он сейчас ухватит одну из ее нитей, чтобы одеть ее в иглу. Но нить эта летает из стороны в сторону, и никак не может Ферапонт ухватить ее.

Поднял высоко свой крест Феодосий и протяжно запел:

— Да воскреснет Бог, и расточатся врази Его, и да бежат от лица Его ненавидящий Его. Яко исчезает дым, да исчезнут; яко тает воск от лица огня, тако да погибнут беси от лица любящих Бога и знаменующихся крестным знамением, и в веселии глаголющих: радуйся, Пречестный и Животворящий Кресте Господень, прогоняяй бесы силой на тебе пропятого Господа нашего Иисуса Христа, во ад сшедшего и поправшего силу диаволю, и даровавшаго нам тебе, Крест Свой Честный, на прогнание всякаго супостата. О, Пречестный и Животворящий Кресте Господень! Помогай ми со Святою Госпожею Девою Богородицею и со всеми святыми во веки. Аминь.

И поднялся вихрь, снег перемешался с торфом болотным и закрутился в своем страшном танце, сбивая с ног людей, идущих с крестами к кипяшей болотной жиже, где только что возвышалось изваяние Пэхт-ики.