Книга Сердце стаи, страница 247 – Мариана Запата

— Ни одна из вас не может ни хрена мне указывать. Мне плевать, что вы под защитой Генри. Он хренов бесхребетный…

Я достаточно наслушалась. Одно дело – грубо отзываться обо мне, но об Агнес? И тем более о Генри?

Только не в моем присутствии, черт возьми.

В конце концов, острый нож опасен, исключительно если использовать его не по назначению.

В тот миг магия в моем животе заявила:

— А вот и я.

На что я ответила:

— А вот и ты.

— Используй меня, как тебе нужно, – сказала она мне, и я с радостью согласилась.

Возможно, я и не хотела этого дара, но он был у меня и был моим. И я была готова сделать с ним, что возможно.

Я наклонилась вперед. В моем голосе послышались холод и ночь. Прошлое и будущее. Жизнь и смерть.

— Доминик? – тихо произнесла я.

Краем глаза я заметила, как Агнес подняла лицо, чтобы посмотреть на меня.

Глаза Дома слегка округлились, и мне стало любопытно, что он увидел в моем взгляде. Возможно, именно то, что я и хотела.

Ту часть меня, которую я не любила показывать. Но он вынудил меня зайти так далеко. Вынудил меня сделать это. И теперь мы все должны были выбраться из этой непростой ситуации.

— Знаешь, что стало с последним, кто угрожал моим близким? – спросила я у оборотня.

Его кадык поднялся и опустился, я увидела мурашки на его шее, заметила, как его рот открылся, пока глаза, очень похожие на глаза Агнес, изучали мое лицо.

Он впервые видел меня такой.

Видел ту часть меня, которую я показывала лишь единицам.

— Последнее, что я знаю, – это то, что он все еще находится в реанимации, – объяснила я, понимая, что говорила недостаточно тихо, чтобы Агнес не смогла расслышать, но в тот момент мне было все равно.

Я крепко сжала свою магию. Она была теплой темной ночью, в которой сияла полная луна. Она была мощной и вечной, а еще моей. Пусть я и не желала ее большую часть своей жизни, но она никуда не девалась, и теперь настал мой черед использовать ее во благо.

— Тебе когда-нибудь хотелось узнать, как выглядит жизнь? – Я чуть приподняла подбородок. – Она похожа на искру, как пламя на хвосте Данкана. Только внутри. Под твоей кожей, ребрами и всеми органами, которые позволяют телу существовать. Она скрыта прямо там. У большинства людей она крупнее и ярче всего, когда они молоды. Чем старше они становятся, тем меньше и тусклее становится искра. Так не у всех, но у большинства. Хорошие люди, счастливые люди всегда яркие и прекрасные, – объяснила я, удерживая его блуждающий взгляд. – Чем старше человек, тем проще сделать его искру еще меньше, еще тусклее… – Я понизила голос еще больше, но не сомневалась, что он мог расслышать меня. – Зажать ее между волшебными пальцами и полностью затушить ее.

Губы Доминика раскрылись еще больше, и я заметила, как он облизнул их, переводя взгляд с одного моего глаза на другой. Мне не показалось, что его голос дрогнул:

— Но… Ты же заставляешь людей беременеть…

Он наконец увидел полную картину.

– Большинство не знает, что между жизнью и смертью тонкая-претонкая линия. Между созиданием и разрушением. Одно из них легко контролировать, а другое… не особо. Хочешь угадать, что есть что?

Мужчина передо мной резко выдохнул, но я еще не закончила.

Мы дали ему шанс уйти, и теперь он должен был пожалеть о том, что не воспользовался им.