Книга Дракон отдал мое место другой, страница 71 – Виолетта Вейл

— Я серьезно.

— Я тоже. Последние дни делают из меня женщину с очень интересным оттенком лица.

Она не улыбнулась.

— Вам нельзя сегодня никуда идти.

— Именно поэтому я, скорее всего, и пойду.

— Леди.

— Не начинай.

Нира устало выдохнула.

— Я хотя бы могу знать куда?

Я помолчала, потом все же ответила:

— В часовню предков.

— После всего, что было у огня?

— Именно после этого.

— Вам мало?

— Мне мало правды. Это разные вещи.

Часовня предков находилась за внутренним двором, в переходе между старым и новым крылом. Туда редко ходили толпой. Даже большие семейные торжества предпочитали проводить в Зале Огня — он был красивее, торжественнее, удобнее для свидетелей. А часовня оставалась местом почти интимным. Каменным, прохладным, с низким сводом, запахом воска и старыми табличками рода в нишах. Именно там хранили маленькие огни предков — не главную чашу, а длинный ряд свечей, которые зажигали в память о прошлых линиях, браках, смертях и клятвах, не вынесенных на большой свет.

Мне хотелось туда не из благочестия. Мне хотелось посмотреть, как ведет себя место, где слишком трудно подделывать правду громкими церемониями. В Зале Огня всегда можно было спрятать неудобный отблеск за дымом, жрецами и торжественными словами. В часовне все было проще. Камень. Воск. Пламя. Память.

Когда я вошла, там почти никого не было. У дальней стены стояла старая служительница, меняя в подсвечниках догоревшие свечи. Она подняла голову, узнала меня и тут же очень ловко отвела взгляд, будто больше всего на свете боялась оказаться между мной и чьей-то новой бедой. Хороший инстинкт.

Я прошла дальше, к длинной каменной плите перед нишами рода. Здесь всегда пахло воском сильнее, чем где-либо в доме. Тяжелый, теплый запах, который въедается в кожу и остается на пальцах даже после воды.

На стене слева висели маленькие серебряные таблички с именами женщин, вошедших в род через брак. На правой — мужчин. Я уже знала, что искать имя Лиоры бессмысленно. Если ее вырвали из памяти дома так тщательно, ее не оставили бы и здесь. Но все равно подошла ближе и скользнула взглядом по строкам.

Сайрена.

Аделин.

Мейра.

Талис.

Глерия.

Чужие женщины. Известные и почти забытые. И ни одной Лиоры.

Конечно.

Зато внизу, среди потемневших от времени табличек, я нашла другое. Не имя. Пустой прямоугольник светлее камня, будто одну пластину когда-то сняли, а след остался.

Я коснулась пальцами холодного места.

— И здесь вычистили, — сказала я себе под нос.

— Да.

Я обернулась слишком резко.

Кайран стоял у входа в часовню, без плаща, в темном камзоле, словно пришел сюда не как наследник рода, а как человек, который не может больше сидеть среди стен, где слишком много вежливой лжи. Свет от свечей ложился на его лицо неровно, делая черты жестче.

— Вы теперь преследуете меня по храмам? — спросила я.

— Нет. Просто знал, что после сегодняшнего ты не усидишь в покоях.

— Трогательно. Вы начинаете изучать мои привычки не хуже тех, кто ими кормил Эстеру.

— Элинар.

— Что?

— Я не для ссоры пришел.

— Какая жалость. А я уже почти настроилась.

Он подошел ближе, остановился по другую сторону каменной плиты.

— Что ты ищешь?

— Следы женщин, которых этот дом решил похоронить еще при жизни.

— Нашла?

— Пустое место.

Я кивнула на светлый прямоугольник в стене.