Книга Дракон отдал мое место другой, страница 70 – Виолетта Вейл

Я поднялась.

— Мне пора.

Эстера тоже попыталась встать, но чуть повела плечом и поморщилась.

— Сидите, — сказала я.

— Как великодушно.

— Нет. Просто мне не хочется, чтобы вы опять упали в обморок на моих глазах и испортили сцену.

— Я не падала в обморок.

— Пока.

Я уже дошла до двери, когда услышала за спиной:

— Элинар.

Я обернулась.

— Что?

— Если кто-то из нас сейчас действительно лишняя… это, наверное, не вы.

Несколько секунд я просто смотрела на нее.

Потом ответила:

— Поздно поняли.

И вышла.

В коридоре мне пришлось остановиться у окна, чтобы перевести дыхание. Разговор оказался тяжелее, чем я думала. Потому что теперь я знала точно: за Эстерой стоит не любовь. За ней стоит долг, страх за семью и дом, который учат принимать ее через мою кожу. А еще я знала, что она наконец начала это понимать сама.

А значит, дальше будет опаснее.

Женщина, которая верит в свою победу, предсказуема.

Женщина, которая поняла, что ее тоже едят заживо, — нет.

Когда я вернулась в покои, Нира бросилась ко мне почти сразу.

— Ну?

— Она напугана.

— Это хорошо?

Я сняла перчатки, положила их на стол и долго смотрела на свои пальцы.

— Нет, — сказала я. — Это всегда означает, что игра дошла до той стадии, где фигуры начинают видеть руки над доской.

— И что теперь?

Я вспомнила ее глаза. Не мягкие. Не победные. Испуганные.

Вспомнила, как ровно она до этого держалась, даже когда кольцо жгло, платье рвалось, огонь уходил в сторону. И как только сейчас позволила себе показать, что понимает собственную клетку.

— Теперь я уже не могу позволить себе роскошь считать ее просто врагом, — сказала я.

— Вам это не нравится.

— Ужасно.

Я подошла к столу и взяла чистый лист.

Написала вверху:страх .

Ниже:мать ,брат ,долг ,письма ,Иара ,распорядитель ,Морайя ,до обряда ,ритуальная комната ,непрямые угрозы .

Нира подошла ближе.

— Это уже похоже не на книгу, а на расследование убийства.

— Почти. Только пока не ясно, кого именно здесь готовят убить первым — меня, ее или память мужчины между нами.

Она вздрогнула.

— Не говорите так.

— Почему? От правды она перестает быть правдой?

Нира промолчала.

Я тоже.

Потому что в глубине души понимала: если страх наконец показался в глазах той, которую я ненавидела, значит, мы обе слишком близко подошли к точке, где старый расчет перестанет довольствоваться мягкими средствами.

А такие вещи редко заканчиваются только красивыми интригами.

Глава 13. Когда он коснулся моей ладони, погасли все свечи предков

После разговора с Эстерой мне особенно остро захотелось тишины. Не дворцовой — той, где за каждым молчанием прячется ухо, за каждой вежливостью яд, а настоящей. Такой, чтобы не слышать ни чужих шагов, ни шороха платьев, ни того, как этот дом непрерывно подстраивает воздух под новую ложь. Но тишина во дворце давно стала роскошью не для меня. Стоило мне закрыть дверь покоев, как с другой стороны уже начинала шевелиться новая необходимость: чей-то приказ, чья-то осторожная забота, очередная перестановка, новый знак того, что меня пытаются не выгнать, а именно переделать в отсутствие.

Нира помогла мне снять верхнее платье и подала темную домашнюю накидку.

— Вы бледная, — сказала она.

— А вы удивительно наблюдательны.