Книга Спор на любовь, страница 94 – Рия Адри

Он медленно поднял глаза.

— Нет.

Я смотрела на него и понимала, что это могло быть правдой.

А ещё понимала, что правда не отменяет того, что он вчера повторил старую схему.

Снова.

Он повторил старую схему.

Без оправданий.

Даже если не знал.

— Вы заключили пари теми же словами, — сказала я. — “Сама примет защиту. Сама станет парой. Сама придёт в башню”.

Марьяна рядом побледнела.

Торн замер.

Ректор ничего не сказал.

Демьян смотрел на страницу.

— Да.

— Это случайность?

— Тогда казалось — да.

Камень вокруг дышал холодом. Тени у стен казались гуще, и каждое слово падало в них слишком отчётливо.

— А сейчас?

Он провёл пальцами по краю стола. Дерево под ними потемнело от тёмной магии.

— Сейчас я думаю, что кто-то очень хорошо знал, какие слова бросить мне в голову.

Вот это было важно.

Не оправдание.

След.

— Кто был рядом, когда вы заключили пари?

— Касс, Кирсан, Грэй, Лют. Ещё двое.

— Кто предложил формулировку “сама”?

Демьян молчал.

Потом сказал:

— Кирсан.

Ректор закрыл глаза на один короткий вдох.

Торн быстро записал.

Я посмотрела на страницу снова.

— Значит, Кирсан мог не просто подхватить пари. Он мог его направить.

— Да, — сказал Демьян.

— Но он не третий знак.

Камень вокруг дышал холодом. Тени у стен казались гуще, и каждое слово падало в них слишком отчётливо.

— Нет.

— Кто третий?

Торн поднял архивную книгу ближе к свету.

— Печать скрывает подпись. Нужно снять старый покров.

— Снимайте.

Ректор покачал головой.

— Это родовая печать. Нужны три ключа: Ворон, Рейд и третий род.

— То есть мы не узнаем третий род, пока не узнаем третий род.

Марьяна устало сказала:

— Бюрократия как проклятие.

Я вдруг посмотрела на карту.

На восточную башню.

Башня содержания ведьм.

Рядом с ней на старой карте был нарисован маленький переход. Его не было на современной схеме.

— Что это? — спросила я.

Торн подошёл ближе.

— Старый ход к нижнему архиву.

— Он сохранился?

Ректор нахмурился.

— Должен быть заложен.

— Сегодня в нашу башню прошёл зеркальный контур. Если старый ход рядом, его могли использовать как привязку.

Демьян уже смотрел на карту.

— Ход ведёт куда?

Торн провёл пальцем по линии.

— К башне Ворона.

В архиве стало тихо.

Марьяна медленно повернула ко мне голову.

— То есть зеркало отражало не просто его башню.

— Оно использовало старый ход, — сказала я.

Демьян резко развернулся к двери.

— Идём.

— Стойте, — сказала я.

Он остановился.

— Там могут быть ловушки для меня.

— Там угроза твоей башне и твоим ведьмам.

— Моим?

Слово вылетело тихо.

Но попало точно.

Он повернулся обратно.

— Я сказал не так.

— Сказали как думаете.

— Сейчас не время.

Я поймала себя на желании ответить быстрее. Вместо этого медленно вдохнула и дала фразе лечь между нами как документ на стол.

— Для вас всегда не время, когда речь о словах.

Его лицо стало жёстким.

— Хорошо. Угроза твоей группе и моей башне. Так точнее?

— Да.

— Идём?

Я закрыла архивную книгу.

— Идём. Но сначала копия страницы с протоколом. И карты.

Демьян смотрел на меня так, будто хотел схватить документы сам и засунуть мне в руки, лишь бы я быстрее пошла. Но сдержался.

— Торн, копии.

Торн сделал.

Ректор назначил Равена перекрыть восточную башню снаружи. Кира и Ника получили сообщение через журнал: никому не двигаться. Сольвей — проверить Рябинку на реакцию к подземным ходам.