Книга Спор на любовь, страница 92 – Рия Адри

Не “нет”.

Не “я всё равно останусь”.

Вариант.

Я взяла перо.

— Ставим двойную печать: ректорскую снаружи и ведьминскую изнутри. Ваш маршрутный браслет оставляет сторожевую нить на внешней стене, без права входа и без отслеживания меня. Если нить фиксирует родовой маршрут, сигнал идёт ректору, вам и в журнал одновременно.

Торн оживился.

— Технически возможно.

— Риск? — спросил ректор.

— Нить Ворона может попытаться связаться с меткой адептки Вельской.

Воздух пах грозой и холодным камнем. Я цеплялась за эти простые детали, чтобы не дать страху забрать всё внимание.

— Запрещаем договором, — сказала я.

Демьян скривил губы.

— Ты собираешься запретить магии быть магией?

— Я собираюсь запретить вам делать вид, что магия сама виновата.

Он молчал.

Потом кивнул.

— Хорошо.

Я не сразу поверила.

— Хорошо?

— Да. Сторожевая нить без входа.

— Без отслеживания.

Демьян стоял слишком спокойно для человека, вокруг которого снова трещали правила. Именно это спокойствие раздражало сильнее всего.

— Да.

— Без вызова.

— Если угроза не на тебе.

Я заметила край стола, ровно сложенные бумаги, тонкую линию печати у стены. Порядок вокруг только сильнее подчёркивал, насколько беспорядочной стала ситуация.

— На группе.

— На группе, — повторил он.

Мы оформили ещё одну запись.

Кира наблюдала за этим с выражением человека, который смотрит на очень странный спектакль: опасный мужчина учится подписывать ограничения, а ведьма с ожогом на руке диктует условия охраны собственного дома.

Сторожевую нить ставили у входа в башню.

Я стояла внутри контура, Демьян — снаружи. Между нами светилась синяя дверь. Он приложил браслет к камню, и тёмная нить легла по внешней стене тонким кольцом. Моя ведьминская печать, серебряная с зелёным оттенком, легла изнутри. Две магии встретились в камне и зашипели.

Метка на запястье отозвалась теплом.

Демьян сразу поднял глаза.

— Болит?

— Нет.

— Врёшь?

Взгляд Демьяна задержался на моём лице. Я выдержала его, хотя запястье под перчаткой отозвалось неприятным теплом.

— Сейчас нет.

— Хорошо.

Простое слово.

Странно прозвучало.

Он убрал руку от стены.

— Через час в архив.

— С ректором, Марьяной и магистром Торном.

— И со мной.

Взгляд Демьяна задержался на моём лице. Я выдержала его, хотя запястье под перчаткой отозвалось неприятным теплом.

— Вы обязательны?

— Для доступа к родовым маршрутам Воронов — да.

Я посмотрела на ректора.

Тот кивнул.

Разумеется.

В каждом полезном месте сегодня почему-то требовался Демьян.

— Тогда вы идёте как источник допуска, — сказала я. — Не как сопровождающий.

— Как скажешь.

Опять слишком легко.

Я прищурилась.

Он заметил.

— Что?

— Проверяю, где подвох.

— И?

Взгляд Демьяна задержался на моём лице. Я выдержала его, хотя запястье под перчаткой отозвалось неприятным теплом.

— Пока ищу.

Уголок его рта дрогнул.

— Умная ведьма.

— Господин Ворон.

— Арина.

Имя прозвучало тихо.

Я замерла.

Он не должен был так говорить. Не после пари. Не после договора. Не через синюю дверь восточной башни, где мои девочки могли услышать. Но сказал. И сделал это без насмешки.

— Что?

— В архиве тебе может не понравиться то, что найдёшь.

— Сегодня мне уже многое не понравилось.

Я поймала себя на желании ответить быстрее. Вместо этого медленно вдохнула и дала фразе лечь между нами как документ на стол.